— О чем ты? — замерев, уточнил он. То, на что намекал Кваттроки, было жутким.

— Моя Эрнестина пропала, дон Аламарас, — остро вглядываясь в лицо Тэрона, произнес собеседник. — Пропала бесследно. Я уже был в сыске. Все перерыл — она не покидала город, даже дом, в котором работала.

— Чего ты хочешь от меня? — вздохнул мужчина, ощущая, как мурашки поползли вниз.

— Возмездия, — мрачно произнес Луиджи. — Только вы в силах потягаться с этим семейством.

— С чего мне ввязываться в твою вендетту? — серьёзно спросил Тэрон.

— Потому что теперь вам есть что терять и потому что вчера я видел в Садах, как дон Пеларатти смотрел на вашу даму, — прямо ответил Кваттроки. — Такой взгляд я уже наблюдал у него, когда однажды забирал супругу с работы.

Намек был непрозрачным и словно выстрел в лицо. Одно дело — досужие сплетни и местная страшилка, а совсем другое — твоя женщина в предположительном меню у каннибала.

— Это точно или ты просто хочешь меня в союзники? — злобно прошипел мужчина, чувствуя, что готов кинуться в драку.

— Можете мне не верить, господин Аламарас, я тоже отмахивался от слухов, пока Эрнестина работала там, — сурово сузил глаза Кваттроки. — Вот только мне никто не сообщил, когда именно ожидать удара. В один момент моя супруга просто не пришла домой и все: поздно бить в колокола.

— Почему он решился на такой шаг в отношении жены своего управляющего? — хмуро спросил Тэрон, не понимая все картины.

— Потому что я уволился и заранее предупредил Пеларатти об этом, — вздохнул Луиджи.

— И поэтому все твои слова — бездоказательный бред бывшего работника? — медленно предположил мужчина, получив в ответ лишь поникший кивок. — Каков твой план?

— В том-то и загвоздка, — вздохнул собеседник. — У меня его нет. Все мои планы разлетаются в пух и прах, ибо враг слишком богат и влиятелен. В последнее время я занят лишь тем, что слежу за Пеларатти. С тех пор у них пропало еще две служанки. Надеюсь, что найдется кто-нибудь, кто будет так же заинтересован в падении этого семейства.

— Ты понимаешь, чего просишь?! — изумился Тэрон. — Несмотря на все сказанное, Пеларатти — древнейший клан Фарогоса.

— Как и ваш, — кивнул Луиджи. — Мне больше не к кому обратиться. Семья Кавалькарос на меня не обратила внимания, в доме дона Романо тоже, дон Конте вообще покидает Фарогос и ему все равно, семья Гавиртран меня даже не выслушает. Дон Моретти мог бы помочь, но он не столь богат.

— И поэтому ты пришел ко мне? — хмыкнул мужчина. — Почему не к отцу?

— У дона Аламараса нет мотива помогать мне, — смущенно ответил он.