— Могу надеть наряд из прозрачной ткани, как принято на Фарогосе, — тяжело дыша, предложила Аллира.

— А кто только недавно волновался о том, что нас увидят с балкона? — хмыкнул Тэрон.

— Мне приходится быстро привыкать к переменам, — засмеялась девушка, явственно ощущая живой отклик мужчины.

В то же мгновение он резко развернул её к себе лицом и впился жарким поцелуем. Аллира оказалась тесно прижатой оголенной грудью к плотному кителю с многочисленными пуговицами.

— Даже если завтра окажешься здесь голой, Рубаканта на твоей шее даст понять всем, что ты моя женщина, — прошептал Тэрон, жадно целуя затвердевшие соски, не забывая покусывать их.

— Я не вечно буду носить это ожерелье, — охнула девушка, обнимая любовника за шею для устойчивости.

— Без разницы, — коротко ответил он, застыв на мгновение. — Сути это не изменит.

Вернувшись к поцелуям, мужчина вдруг выпрямился и крепче прижал Аллиру к груди, обхватив её затылок.

— Господин Аламарас, — внезапно раздался голос совсем рядом.

Девушка потрясенно застыла, сообразив, что они не одни. С тяжелым вздохом Тэрон спросил невидимого собеседника, чуть повернув голову в сторону:

— Отвернись. Что случилось?

— Нужна ваша помощь, — нехотя признался мужчина.

— Энрике, — мрачно произнес Тэрон. — Больше никогда не заходи с подветренной стороны, когда я не один. Моя дама весьма чувствительна к посторонним.

— Прошу прощения, дон Аламарас, донна Аллира, — тут же отозвался невидимый Энрике.

Услышав свое имя, девушка дернулась в стальных объятьях любовника. Вся ситуация была смущающей, а она в этот момент еще и почти голой. Хоть подол платья все еще касался пола, но верх не прикрывал то, что должен был. В отличие от неё, Тэрон был в полном порядке.

— Иди, я скоро буду, — произнес мужчина, все еще закрывая собой незваного гостя.

Как Энрике покинул помещение, было не слышно, но вот дверью он явно щелкнул, намеренно давая понять, что выполнил приказ.

— О, Боги! — выдохнула Аллира. — Какой стыд!

— Ты преувеличиваешь, — легкомысленно ответил Тэрон, вновь вернувшись к поцелуям её груди.

— Прекрати, — вымученно произнесла девушка, поморщившись от любовных укусов.

— Я могу взять тебя на глазах у всего королевского двора, и никто не посмеет вмешаться, — вдруг сообщил он, спокойно добавив. — Для них ты фактически принадлежишь мне.

— Что? — удивленно переспросила она.

В мерцающем свете праздничных огней, льющихся из Сада, девушка видела лицо Тэрона. Внимательно осматривая её сведенные брови и недоуменный взгляд, мужчина медленно произнес:

— Это украшение в первую очередь — моё обязательство перед тобой. Я обязуюсь защищать тебя от любых угроз и принимаю под своё крыло.