сила, благодаря которой ваш ласковый взгляд сообщал бы цветам более яркую окраску; более того, – имел бы способность не только радовать, но и охранять их; если бы вы могли убеждать злой мороз, чтобы он миновал их, а связанных клубом червей, чтобы они их щадили, приказывать росе падать на них во время засухи, а в холод говорить южному ветру: «Поди-ка сюда, южный, дохни на мой сад, пусть заблагоухает по-прежнему». Это вы сочли бы делом очень важным! Но, как вы думаете, не важнее ли всего этого (и гораздо большего) то, что вы можете делать для цветов более прекрасных; цветов, которые благословляли бы вас за то, что вы их благословляете, и любили за то, что вы их любите; цветов, у которых такие же глаза, как у вас, такие же мысли и такая же жизнь, – которые, раз вы спасете их, будут спасены навеки? Разве не велика такая власть? Среди далеких скал и болот, – в темных, страшных улицах, – лежат эти слабые цветики; свежие листья их оборваны, стебли поломаны. Неужели вы никогда не сойдете к ним, не увидите их на маленьких душистых грядках, не загородите от сердитого ветра, на котором они дрожат? Неужели угроза утром будет всходить для вас, но не для них; и заря будет обдавать далеким сиянием исступленные «Пляски смерти», [24] но никакая заря не дохнет на эти живые кущи роз, фиалок и жимолости, никакая заря не позовет вас в окошко спальни, называя вас не по имени возлюбленной английского поэта, а по имени великой Матильды Данте, той, что стояла на берегу блаженной Леты и свивала цветок за цветком в длинные гирлянды, никакая заря не скажет вам: Приди, приди, о Магда! Отлетала Зловещей ночи тень. И розою и жимолостью веет В твоем саду. Неужели вы не сойдете к ним, к этим нежным, живым существам, чья возрожденная сила, воспрянувшая из земли и окрашенная небесной лазурью, поднимается могучим стеблем; чья чистота, омытая от праха, развернется пышным цветком обетованья? Они обращаются к вам, они ищут вас. «Фиалка лепечет – я слышу, слышу! Лилия шепчет – скорей!» 95. Вы заметили, что я пропустил вам две строчки в первом куплете? Вы думаете, я забыл их? Вот они: Приди, приди, о Магда! Отлетела Зловещей ночи тень. О Магда, в сад приди. Там у калитки Один я жду. Кто это, думаете вы, стоит там у калитки сада, еще более прекрасного, кто этот «один», который ждет вас? Слыхали ли вы когда-нибудь не о Магде, а о Магдалине, сошедшей на заре в свой сад и увидавшей, что кто-то ждет ее у калитки, кто-то, кого она приняла за садовника? Не искали ли вы Его много раз, искали напрасно целые