Мои слова парню в шляпе не понравились. Его глаза сверкнули злобой, а лицо стало страшным в гневе.
— Что ты сказал, чернь? Ты хоть знаешь, кто перед тобой?
Я подошёл ближе, глядя в глаза подонку. Тот инстинктивно отступил на шаг.
— Я знаю, кто передо мной. Тупой кусок дерьма, — тихо проговорил я. — Хочешь меня проучить? Попробуй.
— Ты как обращаешься к благородному? Тебя за такое на каторгу отправят.
— Думаешь, отправят?
— Нет. Потому что я тебя прикончу сам.
Парень попытался меня ударить. Я опередил его. Моя ладонь, окутанная энергетической оболочкой, отшвырнула сопляка шагов на десять. Его спутники, не успев сообразить, что происходит, тоже оказались разбросаны по тротуару и дороге мощными быстрыми ударами.
Главный задира вскочил, его руки загорелись, он выставил вперёд ладони, и из них, как из огнемёта, вырвалась струя пламени. Хорошо, что я был готов к чему-то подобному. Защитный слой энергии, сформировавшийся передо мной, не пропустил огонь. Пламя разбилось о невидимый барьер.
Продолжался огненный шторм недолго. Парень быстро выдохся. И как только огонь потух, я применил удушающий приём. Стиснул энергетическими потоками шею сопляка, и тот стал задыхаться, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.
Сообщники длинного не пытались продолжить бой. Один держался за ушибленный живот, другой закрывал платком разбитый нос, третий сидел на асфальте, наблюдая за происходящим, четвёртый замер, оглядываясь по сторонам. Они были значительно слабее меня и, кажется, не владели магией.
— Послушай меня, говна кусок, — я подошёл к длинному, наблюдая за остальным краем глаза. — Это ты не знаешь, кто перед тобой. Если захочу, я тебя по асфальту размажу тонким слоем так, что твои родители будут твои кишки с дороги лопатой счищать. На первый раз прощаю. Но попадёшься ещё раз — сдохнешь. Быстро исчезли, уроды!
Я освободил парня от энергетической хватки, тот вскочил на ноги, кашляя и потирая шею.
— Мой отец — князь Троекуров, — прохрипел он. — Он найдёт тебя и накажет!
— А он знает, что его сынок шатается вечерами по улицам и избивает прохожих?
— Все, кто сношаются с животными, прокляты, — буркнул себе под нос парень и кинул своим. — Идёмте.
Компания поплелась прочь, постоянно оглядываясь на меня. Они остались живы. Убивать их было ни к чему. Я не хотел вражды со всеми дворянскими родами Гланкараса. И так проблем хватает.
Вряд ли родители этих отмороженных сопляков будут искать мести. Серьёзных травм я парням не нанёс, к тому же они не знают моей фамилии. Зато я хорошо запомнил фамилию длинного. Князь Троекуров. Пожалуй, от него стоит держаться подальше. Если сынок неадекватный, возможно, и родители с головой не дружат.