Просторный светлый кабинет. Сквозь открытые жалюзи проникают лучи солнца, которое так редко появляется на сером петербургском небе, и падают золотистыми полосами на дорогой паркет. За широким письменным столом сидит мужчина — высокий, статный, с коротко подстриженной бородой, зачёсанными назад волосами и прямым, строгим носом.
Это мой отец. Зовут его Константин Эдуардович Воронцов — глава рода Воронцовых и обладатель графского титула. Константин имеет четвёртый разряд по огненной стихии, владеет крупным заводом электроники, выпускающим мобильники, и заседает в государственном совете, принимая прямое участие в формировании законов Российской империи.
Человек он… можно сказать, неплохой, но, к сожалению, в последние годы часто поддаётся влиянию супруги, моей мачехи. Ну как в последние годы… с тех пор как женился на ней. Именно поэтому сегодня, в мой восемнадцатый день рождения, я сижу в его кабинете, ожидая своей участи.
Меня зовут Андрей Воронцов. Уже месяц я нахожусь в теле этого молодого человека в совершенно незнакомом мире, который лишь недавно стал более-менее понятен. И сегодня мне снова исполнилось восемнадцать лет. Первый раз — в прошлой жизни, а второй — сейчас. Но отец позвал меня вовсе не для того, чтобы поздравить с совершеннолетием. Разговор ожидался неприятный.
— Итак, Андрей, — сухо и устало проговорил отец, словно ему самому разговор был не по душе, — сегодня тебе исполнилось восемнадцать, а значит, мои обязательства по твоему содержанию прекращаются. Должен также уведомить, что, пользуясь своим правом, я вычёркиваю тебя из списка наследников. Прости, но иного выхода нет. Ты — слаб, и твои поступки вредят репутации семьи.
Я был готов к такому разговору. Давно догадывался, что меня хотят выгнать. Да и как не догадаться, если в доме практически каждый считал своим долгом намекнуть об этом.
— Но я готов дать тебе шанс, — продолжал отец. — Точнее сказать, выбор. Ты переедешь на одну из моих городских квартир и поступишь в институт на ту специальность, на которую скажу. Для учёбы я выдам тебе кредит, который ты вернёшь, когда начнёшь работать. В него же войдёт стоимость аренды. После того, как отучишься, я возьму тебя в свою компанию на ту должность, которую посчитаю наиболее подходящей. И если меня устроит твоё поведение, подумаю насчёт того, чтобы всё-таки оставить тебе часть наследства. Но не дай бог услышу, что ты проиграл в карты, напился или подрался. Можешь забыть и о работе, и обо всём остальном. Детство закончилось, Андрей. Я достаточно терпел, но отныне всё будет иначе, — отец сделал паузу. — Ну или второй вариант. Мы с тобой прощаемся прямо сейчас и больше не вспоминаем друг о друге.