Минут через пятнадцать на лестнице раздались тяжелые шаги. Охранник, услышав их, тут же встрепенулся. Я увидел, как в свете газового фонаря тускло сверкнула сталь клинка на бедре посетителя.

— Спал, что ли?

— Не, — сторож отрицательно покачал головой, — Так, глаза прикрыл. Да ты и сам же говорил, что бояться нечего.

— А если за ней кто-нибудь придёт?

— Ай, да брось, Карран. Бешеная сука сто лет не была в городе, мы узнали. Кто ей станет помогать после того, что она натворила? Одиночка.

Вошедший приблизился к кровати, и сквозь мутное стекло я увидел, как он наклонился над Сандрой.

— Сильна, тварь. Воля у неё железная. Если честно, я бы уже обос@#$ся от страха, а ей хоть бы хны. Спит, охренеть.

— Погоди, ща разбудим да напугаем, как следует.

— Оставь, дурак. Зачем тебе лишние проблемы? Всю ночь хочешь тут торчать и глаз с неё не спускать? Без своих фокусов она не опасна. Пошли, выпьем. Связана девка на совесть, способности заблокированы. Никуда не денется.

Спустя несколько мгновений после того, как они покинули комнату и спустились, я спрыгнул на карниз перед окном. Чуть задержался, прислонился к стеклу, прислушался. Металл тихо звякнул о металл, крючок, удерживающий створки окна, поднялся, и я легко оказался в комнате, не издав ни единого звука.

— Значит, всё-таки пошёл за мной? — прошипела Сандра, открыв глаза, — Какой же ты настырный…

— Мне казалось, ты будешь рада меня видеть.

Она на секунду снова прикрыла глаза.

— Не буду врать, так и есть. А теперь освободи меня скорее!

— Не вопрос.

Я достал из-за голенища складной нож, выщелкнул лезвие и разрезал ремни, удерживающие девушку. Фиалка села на кровати и потёрла запястья.

— Скоты нацепили на меня рабский ошейник. С ним я не могу колдовать. Нужно отыскать…

Сандра осеклась, уставившись на крохотный ключик в моей руке.

— Ничего искать не нужно, повернись.

Блондинка не стала спорить. Собрав волосы, она обнажила шею, продемонстрировав мне своё новое «украшение».

— И почему во всех мирах магов ограничивают с помощью похожих штуковин? — спросил я, вставляя ключ в едва заметную скважину и трижды поворачивая его.

— Ошейник — символ покорности, — процедила фиалка, — Наверное, поэтому.

Что ж, вполне возможно… Попрыгав по разным планетам я убедился, что в большинстве своём гуманоиды размышляют и живут довольно похоже. Да, отличий в их культурах, технологи, возможностях и даже физиологическом строении была масса, но ментальность везде имела общие черты. Сильный правит слабым.

Замок тихо щёлкнул, и я аккуратно снял элегантный ограничитель с шеи девушки.