Но я учился, старался повторять за более опытной напарницей. По крайней мере, автомат держал уже более-менее правильно. Ну то такое. Стрелял я ещё так себе. Это только кажется, что там всё просто, ведь все мы в детстве гоняли в тир или лупили по банкам из пневматики. Но настоящее оружие очень сильно отличается по поведению вовремя стрельбы. Ствол прыгает так, что хрен поймёшь, как его удержать, а при этом нужно ещё и пули в цель посылать.

Ах да, смена магазина — тоже то ещё испытание. При взгляде на Гюрзу казалось, будто движения проще не существует, но на деле мне, чтобы попасть в приёмник, автомат надо перевернуть. Да, во время тренировок в форте это выходило относительно сносно, но стоило выбраться за его пределы — и всё, руки трясло от избытка адреналина, а магазин тыкался куда угодно, только не в паз.

Короче, если бы не Мост с Гюрзой, я бы определённо стал той самой, дымящейся кучей за углом, которая выходит из тварей после сытного обеда.

— Так, где-то здесь широкий проспект должен быть. — Девушка остановилась на перекрёстке и задумчиво осмотрелась. — Ты не помнишь, куда он нам сказал: направо или налево?

— А⁈ — Я ошалевшими глазами посмотрел на Гюрзу.

— «Б», ядрён батон! Руль, соберись уже!

— Да я пытаюсь, — честно признался я. — Адреналин хлещет! Как представлю, что мы сейчас подохнем — и всё, сразу накрывает.

— Ладно, привыкнешь, — беззаботно отмахнулась она. — Так куда он нам сказал?

— Кто?

— Жак Ив Кусто в прорезиненном пальто!

— Ты про дружинника, что ли?

— Ого, да у нас заметны проблески ума, — ухмыльнулась она.

— Очень смешно, — скривился я. — Налево вроде.

— Вот и я тоже «вроде»…– Она почесала макушку. — Ладно, пофиг. Если что, на месте разберёмся.

— Знаешь, мне твои вот эти вот…

— Не ссать, ща всё будет. Ты, главное, делай всё в точности как я говорю. Зелёная пыль у тебя?

— Да у меня, у меня. — Я продемонстрировал ей бумажную трубочку.

— Ну и всё, тебя под ней можно с двадцатого этажа скинуть, и никаких последствий. Разве что асфальт поцарапаешь.

— А можно как-нибудь без этого обойтись?

— Нет, Руль, нельзя. Ну, если хочешь, я могу быть приманкой, а ты — охотником.

— Ты же знаешь, что я стреляю… Да я вообще никак стреляю.

— Ну вот, сам всё понимаешь.

— А если они меня целиком проглотят?

— Тогда у тебя останется два выхода, ха-ха-ха!

— Ой, да иди ты в ослиный зад.

— Ну чё, налево пойдём?

— Коня потеряем, — добавил я.

— Вот это правильный настрой, юмор — он в любой ситуации полезен. Коня у нас нет, стало быть, и бояться нам нечего. Погнали.

Девушка смело свернула влево и тут же, почти прижавшись плечом к стене здания, направилась вдоль него. Я поступил аналогичным образом и снова подивился тому, как легко и непринужденно двигалась Гюрза. Автомат свободно болтался на шее, руки лежали поверх него, будто на специальной подставке. Ей только сигаретки в зубах не хватало, для полного ощущения расслабленности.