– А остальные? – спросила Юлька.
– Все погибли, – мрачным голосом проговорил дед. – Еще несколько месяцев в тех широтах волны носили по океану трупы в спасательных жилетах.
– Жуть какая, – передернул плечами Славка.
– Я же спать теперь не смогу! – воскликнула Юлька.
Я взглянул на деда. Он с довольной хитрой рожей дохлёбывал свой чай.
Юлька налила нам по второй чашке. Мы не спеша пили, растягивая удовольствие.
– Это всё правда? – спросил Славка деда.
– Конечно, – уверенно ответил дед. – Но самое страшное, что в зоне видимости тонущего Титаника проходил другой большой пароход.
– Да, ладно, – не поверила Юлька. – Почему же он на помощь не пришёл?
– А потому и не пришёл, что радист того парохода после двойной смены спать ушел, а сменщика у него не было. И никто сигнал бедствия не принял. На Титанике начали пускать белые сигнальные ракеты и светить сигнальным прожектором, но на том судне никто не понял, что это за сигналы. И прошли себе спокойненько мимо.
– А как же SOS? – не унималась Юлька. – Три точки, три тире, три точки. Это же все знают. Могли прожектором посигналить.
– Это сейчас все знают. А тогда SOS только лет пять как придумали.
– Представляю, что они чувствовали, замерзая в ледяной воде и видя, как мимо уплывает их спасение, – сказала расстроенная Юлька.
– Как оно, в ледяной воде? – спросил меня Славка.
– Не помню, – отрезал я. Мне не хотелось об этом говорить, тем более, что это всё не про меня, а про Пашку. Царство ему небесное. – Нам пора уже, да? – я вопросительно посмотрел на Славку.
Тот замялся, смотря на Юльку.
– Меня уже, наверное, дома потеряли, – намекнул ему еще раз.
– Да. Пора и честь знать, – сказал Славка, неохотно вставая.
– Можно, я как-нибудь ещё к вам зайду, дед Терентий, – спросил я, подавая ему руку на прощанье.
– А что ж, приходи, конечно, – разрешил он, пожимая мою руку. – Я только рад буду.
– Спасибо. До свидания.
Славка тоже попрощался, мы вышли в сени. Юлька пошла нас проводить.
– Классный у тебя дед, – сказал Юльке, обуваясь. – Спасибо за чай. До встречи.
Вытащил из рукава бушлата свою кроличью ушанку, оделся. Мы вышли на улицу. Вроде, недолго у Юльки просидели, а уже начало смеркаться. Сунул руки в карманы и случайно нащупал телеграмму.
Совсем о ней забыл. Вытащив ее, попытался прочесть. На белом сложенном вдвое бланке были приклеены полосы бумаги с напечатанными строчками. Они были такие бледные, что я с трудом разобрал, что там:
– Приезжаю понедельник 1-28 тчк встречайте вагон 5 тчк Аполлинария, – прочитал я вслух. – И что это?
– Это шифр. Шпионская телеграмма. Где ты её взял? – спросил меня Славка. Я не понял, шутит он или нет. А он продолжал: – Кто такая эта Аполлинария? Таких имен-то нет.