– Да пошёл ты, – вдруг сдался он и кинул мне в лицо две красных бумажки. 20 рублей. Я едва успел поймать их на лету. Такие купюры одно время у меня на работе под стеклом на столе лежали.
– Хватит с тебя и этого, – рявкнул Полянский, разворачиваясь и уходя домой. – Больше сюда не суйся.
– Ну, для начала сойдет, – подвёл итог наших переговоров. – У вас есть неделя остальное отдать. Не грусти, Дианка, – повернулся я к ней. Но она вместо ответа только злобно прошипела что-то.
Задумчиво пошел прочь от дома Полянских. Странно все это. Откуда у Пашки такие деньги? И почему он вдруг их отдал? Да и Полянский как-то уж быстро сдался и деньги с собой взял, выходя из дома. Ничего не понимаю. Надо как можно быстрее побольше информации собрать, чтобы понимать, как действовать дальше.
Я убрал деньги во внутренний карман бушлата. Подальше положишь, поближе возьмёшь. Офигевшие от этой истории, мы со Славкой шли прочь от дома Полянских.
***
Едва Тимур Полянский зашел с сестрой в дом, как Диана накинулась на него с упреками:
– Ты почему ему деньги отдал? Мы же не собирались. Мы же уже договорились, на что потратим их.
Диана вся дрожала от возмущения и не находила слов, чтобы выразить свои эмоции. Произошедшее только что никак не укладывалось у нее в голове. Безнадежно влюбленный в нее слюнтяй Пашка Ивлев, обычно смотрящий теленком и выполняющий все капризы, вдруг повел себя совершенно непривычно. Он был абсолютно равнодушен во время разговора с ней и братом и точно не притворялся. Уж в этом она разбиралась. Ивлева словно подменили. Диана не привыкла к такому обращению и никак не могла взять себя в руки.
– И как мы тогда остальное ему отдадим? – продолжила она гневно.
– Да не собираюсь я ему больше ничего отдавать! – огрызнулся Тимур. – Обойдется двадцаткой. Дал ему, чтобы заткнулся и не лез больше.
– Но зачем? Зачем было вообще что-то давать этому слюнтяю? – не унималась сестра.
– Затем, что этот придурок с моста сиганул, и теперь все об этом знают и наблюдают за ним, – начал втолковывать Тимур сестре. – Раньше он никому не интересен был, а сейчас случись что, сразу забегают. Участковый, думаешь, просто так вчера заходил? Нам это внимание совсем не нужно. Лучше кинем ему кость и пусть утрется. Может отстанет. А если ничего не отдать, то вой поднимет и неизвестно еще, как все сложится.
Диана выслушала слова брата насуплено, но возражать не стала. Похоже, что и сама понимала, что он прав.
– И, кстати, не такой уж он и слюнтяй оказался, – ехидно поддел сестру Тимур, меняя тему, – что-то я не заметил, чтобы он перед тобой преклонялся. Ты же говорила, что можешь из него веревки вить, что любое желание твое он исполнит, не раздумывая.