Мне некуда было деваться. Всё, что я смог – это рвануть налево и подставить такси задницу.
– Держись! – только успел закричать я. В мою дверь тут же влетела Газель, а в задницу такси. Раздалось несколько громких хлопков. Сработали подушки.
В глазах потемнело. Боли не было. Откуда-то издалека слышался женский истеричный визг. Прости меня, Светка! Я не хотел. Наступила тишина.
В полуобморочном состоянии я чувствовал, как кто-то бьёт меня по щекам. Отстаньте все. Я сплю.
Не знаю, сколько я был в отключке. Очнулся от того, что руке стало больно: кололи вену. Где-то рядом кто-то громко сказал:
– У нас остановка! Адреналин!
И я опять провалился в пустоту.
Святославль, февраль 1971 год. Река Славка.
Пришёл в себя от обжигающего холода. Легкие раздирал жуткий кашель. Я просто захлебывался им. Меня охватил животный страх. Неужели скорая, что меня эвакуировала с места ДТП, в реку сорвалась? Открыл в ужасе глаза.
Передо мной на коленях стоял мокрый молодой милиционер. Именно милиционер! Он был в шинели, с которой ручьем текла вода. Милиционер, тяжело дыша, сел, стянул с себя один сапог и вылил из него воду. Я лежал на боку, тоже мокрый насквозь, и никак не мог прокашляться. Было очень холодно. Сел и обхватил себя за плечи руками. Милиционер вылил воду из другого сапога и, больно ударив меня в плечо, агрессивно спросил:
– Какого чёрта ты прыгнул?! Совсем свихнулся?! Идиот!
Он обулся и встал. Я, наконец прокашлявшись, тоже встал и молча разглядывал этот сюр.
Мы стояли на берегу не очень широкой, но полноводной реки, замерзшей вдоль берегов. Чуть в стороне над нами высокий мост на бетонных опорах. На мосту с открытыми дверями стоял допотопный жёлто-синий милицейский уазик. К нам под мост бегом спускались с дороги люди. Первым бежал ещё один милиционер в допотопной шинели. Он был старше, выше и полнее того, что стоял рядом со мной.
– Живой! – констатировал он, подбегая к нам. Я разглядел у него погоны старшего сержанта. – Молодец, Николаев! Вытащил. Давайте бегом наверх в машину. Не май месяц.
Меня чуть не пинками погнали наверх из-под моста. Немолодой мужик в ватнике и ушанке, который спускался под мост вслед за милиционером, остановился на полпути и, когда мы поравнялись, воскликнул, глядя на меня:
– Ты что ж это удумал!? Паскудник!
– В тепле разбираться будем, – ответил за меня старший сержант.
Поднялись к машине.
– Давайте, на злодейские места оба. С вас течет, как из ведра, – распорядился старший сержант. Николаев бесцеремонно затолкнул меня в отсек для задержанных и сам уселся рядом. Завыла сирена, и мы помчались по ночному городу.