– Почти у вокзала.
– Ладно, схожу, – пообещал, но замялся в дверях.
– Иди уже, – сказала Марина.
– А как вы одна её на улицу выведете? – засомневался я.
– Скоропомощники помогут, – успокоила меня Марина.
– Ну хорошо. Я пошёл. Спасибо вам за неравнодушие, – сказал Марине. Она удивленно посмотрела на меня. Не стал развивать свою мысль.
– А вам – выздоравливать, – обратился к женщине, она кивнула головой.
Вышел из дома Марины. Дошёл до улицы Огарева, прошел мимо нашей школы, мимо стадиона при ней, первый раз его видел, и вышел на улицу Ленина. До вокзала отсюда минут десять. Я шёл по улице, пытаясь разглядеть в темноте номера домов, они были далеко не у всех, или их не было видно. На 207-ом доме номера тоже не было, но я вычислил его, отсчитав дома от последнего с табличкой.
Дом самый обычный, деревенский. В доме горел свет. Пока я стучал калиткой и пытался определить, есть ли во дворе собака, свет погас.
Вскоре из дома кто-то вышел и направился прямо к калитке, на ходу одеваясь. Прямо на меня на улицу выскочил высокий взволнованный возрастной мужчина. Точно не дед, в моем понимании этого слова.
– Ивлев. Ты что тут делаешь? – воскликнул он, наткнувшись на меня.
УПС. И кто это? Как себя вести?
– Добрый вечер. А у вас 207-ой дом? – спросил его я.
– Да. Что-то случилось?
– Жена ваша поскользнулась, упала неудачно, перелом стопы. Вы только не волнуйтесь, все хорошо будет.
– Где она?
– Уже в больнице должна быть. По скорой.
– Понял. Спасибо, Паш, – похлопал он меня по плечу и направился быстрым шагом в сторону нашей школы.
Вот и что это было? Вернее, кто это был?
Пошёл к себе домой. К Ивану позднее зайду, пойду за водой и зайду.
Уроки ещё делать, но это после Ивана.
Дома меня встретила бабушка жареной картошкой. Мать укладывала малую у себя в спальне. Ходики показывали почти девять часов.
– Как всё прошло? – спросила бабуля. – Устроился?
– Да всё нормально. Вот, даже заработал сегодня, – достал из кармана рубашки три рубля. – Можно я этот трояк себе оставлю? Надо Никифоровне патрон новый купить на рынке. Я понятия не имею, сколько он стоит.
– Конечно, оставляй, – разрешила бабушка.
Вспомнил про гостинцы от Никифоровны. А где они? Пришёл-то домой без пакета! Стал лихорадочно вспоминать, в какой момент я ещё помнил этот пакет у себя в руках и сделал вывод, что оставил его либо у Марины в доме, либо выронил с перепугу во дворе у Александра Викторовича.
– Ба, а ты не знаешь случайно, кто живёт на Ленина-207? – спросил я.
– Не знаю, – ответила бабуля, подумав.
– За водой схожу, – сказал я, взял пустое ведро и вышел из дома.