Напряжённость нарастала.
Директор взглянул на Кириешку и дал ей отмашку едва заметным кивком.
– Так, – прошлась она перед доской. – И кто начал драку?
Все молчали, а директор профессиональным взглядом присматривался к нам. Видимо, нащупав слабое звено, он вступил в игру.
– Кузнецов, ты зачинщик? – спросил он ровным спокойным голосом.
Я оглянулся назад. С места встал тот парень, который в самом начале попался под руки Полянскому.
– Я не начинал, – твёрдо сказал он. – Просто ответил.
– Кому ответил? – спокойно спросил директор.
– Тимуру Полянскому, – честно ответил Кузнецов.
– За что ответил? – продолжал допрос директор.
– Пусть он сам скажет, – отшил Кузнецов директора с его допросом.
Грамотно. Одобряю.
В открытую дверь заглядывали пионеры. Видимо у них тут должен был быть урок. Кириешка прикрыла дверь.
– Полянский, – переключил своё внимание директор. – Твоя версия событий.
– Это не я, – заявил Полянский, не вставая с места. – Это всё Ивлев.
Я даже хмыкнул от удивления. Надо же, был о нем лучшего мнения… И как он собирается поддерживать свой престиж местного хулигана, если других закладывает?
– Я Кузнецова толкнул? – возмущённо спросил, вставая с места. – Кто его толкнул?
– Я. Из-за тебя! – с вызовом ответил мне Полянский, тоже вставая.
– Ты, вообще, слышишь, что ты говоришь? – спросил его. – Я что, приказал тебе Кузнецова толкнуть?
– Ещё чего? – возмутился Полянский. – Никто мне не приказывал.
– Значит, ты сам? – настаивал на своем я.
– Из-за тебя!
Я повернулся к директору, демонстративно развел руками, типа, что с дурака взять, и сел за свою парту.
Прозвенел звонок. Насколько я помнил, третьим уроком должна быть контрольная по алгебре.
– На занятия по расписанию. Быстро! – распорядился директор.
Пока вроде пронесло.
Класс бегом побежал в кабинет математики.
А я думал на бегу, что Пашка боец так себе. Ни силы, ни выносливости. Всё болит. А всего-то в школьной драке слегка поучаствовал. Физической подготовке больше надо внимания уделять.
Оглядев одноклассников, обратил внимание, что практически нет фингалов. Значит, хоть и дрались, а побаивались заметные следы оставлять – били в корпус. В принципе, я также делал – хотя и по другой причине. Тяжело мне перестроиться еще, рассматриваю окружающих, как детей – а как ребенка можно по лицу кулаками лупить?
Контрольная началась с опозданием, нас задержали потом на всю следующую перемену.
Я алгебру хорошо когда-то знал, у меня твёрдая пятерка была. Славка потихоньку передавал Юльке сложенный тетрадный листик с написанным на нём заданием, с которым сам не мог справиться. Юлька расписывала ответ и возвращала ему. И он спокойно переписывал в тетрадку для контрольных работ на законных основаниях, так как разрешалось пользоваться черновиками.