— Ничего существенного, не беспокойся, — заверила супруга Вильма. — Просто меня сегодня сильно разочаровал один человек, о котором я думала намного лучше, чем, как оказалось, он заслуживал. Я редко ошибаюсь в людях, поэтому эта ситуация меня разозлила и немного выбила из колеи.

— Понятно, — кивнул Рауль, внутренне обрадовавшись, что ничего действительно серьезного не произошло. — И кто это посмел расстроить мою жену?

— Тот русский журналист, Павел Ивлев, — ответила Вильма, поджав недовольно губы при упоминании имени так разозлившего ее парня.

— Ивлев? — удивленно переспросил супругу Рауль. — Но почему? Ты ведь так о нем хорошо отзывалась. И статью он написал прекрасную тогда в советской газете по итогам твоего визита. Я уж не говорю о том, насколько его взгляды импонируют и мне, и брату…

— Это все оказалось наносным, — раздраженно пояснила Вильма мужу. — Я сегодня встречалась с Ивлевым и показала ему программу, которую мы для него подготовили. Программа прекрасная, мы очень потрудились над ее разработкой. Ежедневно визиты на ведущие предприятия и в коллективы, экскурсии по наиболее интересным местам нашего прекрасного острова… Это было бы так полезно, и дало бы массу информации и впечатлений и нашим гражданам, и Ивлеву. А сколько материала для своих статей по Кубе он мог бы собрать… Но нет. Он отказался участвовать. Совсем. Сказал, что приехал сюда отдыхать с семьей. Представляешь⁈ Поездки по острову для него уже не отдых…

— Ну, формально он здесь действительно в отпуске, — аккуратно возразил супруге Рауль. — Приехал вместе с женой и детьми… Он объяснил тебе как-то свой отказ?

— Сказал, что слишком загружен на работе и отпуск обещал посвятить жене и детям, — недовольно поморщилась Вильма.

— Вполне логичное объяснение, — мягко ответил жене Рауль.

— Да как ты можешь так говорить! — горячо возразила мужу Вильма. — Настоящий революционер, болеющий за свое дело и свою родину, не станет валяться на пляже целыми днями. И уж тем более не станет упускать такую чудесную возможность узнать страну, столь дружественную к его собственной родине. Да еще под таким сомнительным предлогом. Уверена, этот журналист либо лентяй, не желающий лишний раз пальцем пошевелить, либо подкаблучник, который в угоду жене и ее капризам любые интересы предаст.

— Ты преувеличиваешь, — покачал головой Рауль. — У меня сложилось совершенно иное впечатление об этом молодом человеке. Он очень энергичен и решителен, и эрудирован не по годам. Общаясь с ним, складывается ощущение, что говоришь со зрелым мужчиной. Поразительно, как такая цельность натуры смогла проявиться столь рано. Я его слушал во время нашей встречи и даже жалел немного, что сам не был таким в его возрасте.