Но в этом случае неизбежен всё же компромисс между ним и Костой…

Если все сработает, то крёстный отец может заставить Косту передать завод какому-нибудь бизнесмену, принудив избавиться от владения таким серьезным активом. И, может быть, учитывая щедрую взятку, удастся договориться, что этим бизнесменом окажется как раз Тарек.

Но ясно, что крёстный отец не откажет Косте в том, чтобы плата за защиту как минимум делилась между Джино и Костой. А вполне может быть, учитывая, что завод всё же создан Костой, крёстный отец всё же решит, что вся плата за защиту от Тарека должна выплачиваться только Косте.

Так что это умный и интересный шаг, но очень уж рискованный… Тарека результат, если он получит завод, может и порадует, но он, Джино, рискует остаться ни с чем…

И словно в награду за то, что ему пришла одна идея, которая хоть как-то могла помочь ему выйти из того тупика, что сложился с реализацией плана захвата завода, тут же возникла новая. И он, моментально оценив ее потенциал, решил, что и она сможет сработать, но в этом случае с Костой точно не придётся ничем делиться. Правда, и крови может пролиться много. И пострелять придётся, и риски гораздо выше.

Вот даже как, — приятно удивился Джино. — То в голове абсолютно пусто, то раз — и у него уже на руках целых два плана, с каждым из которых можно работать. Какой же из них ему выбрать? Прямо тебе хоть монетку подбрасывай…

Куба, Гавана

Рауль вошёл в комнату к Фиделю в достаточно взбудораженном состоянии, и хорошо знавший его брат это сразу заметил.

— Что-то случилось, брат? — спросил он его.

— Да так, — раздражённо сказал тот, не пожелав даже присесть и продолжая расхаживать по комнате. — Иногда я вообще не понимаю, честно говоря, что в Москве сейчас происходит.

— Да что ты имеешь в виду? — удивился Фидель.

— Помнишь, я тебе говорил, что этот русский журналист из «Труда» выдвинул несколько интересных идей, которые могут быть для нас полезны по туризму? И что я в понедельник пригласил его поучаствовать в нашем заседании Совета министров, чтобы заодно и проверить, что он реально в этом всём понимает. Ну и, может быть, ещё какие-то интересные идеи от него получить…

— Да помню, конечно, — сказал Фидель. — Вчера же обсуждали. Так и что не так?

— Он не приехал, сказал, что у него большие проблемы в Москве из-за того интервью, что он взял у тебя и у меня.

— Не понял, — сказал Фидель, нахмурив брови.

— Да, представляешь себе, оказывается, поскольку он здесь в отпуске с семьей, он не является корреспондентом «Труда», а МИД СССР обвиняет его в том, что он должен был, как корреспондент «Труда», согласовать интервью на таком уровне с ним, поэтому у парня сейчас большие проблемы. Немудрено, что он отказался ехать на наш Совет министров. Сказал моим людям, что боится всё усугубить. Лично Громыко там очень недоволен…