Положив трубку, Тарек потянулся к телефонной книжке, чтобы найти оба номера Джино, что тот ему оставил для связи, основной и резервный. Но, найдя их, сразу набирать номер не стал.

Одно дело — он сейчас разговаривал по телефону с главой нанятого детективного агентства, и тот честно доложил о ситуации на предприятии. Даже если разговор записывается, что вряд ли, ни один прокурор не осмелится потащить это дело в суд. Владелец легального предприятия послал детективов шпионить за нелегальным предприятием, на котором подделывают его продукцию? Он в своем праве. Это совсем не то, что послать детективов за честными конкурентами следить.

Другое дело — он сейчас будет звонить признанному гангстеру, о профессии которого у итальянской полиции нет сомнений. Следовательно, несмотря на то, что вроде бы полиция на Сицилии только делала вид, что охотится на мафию, а на самом деле Джино и ему подобные чувствовали себя практически в безопасности, нужно было принять меры предосторожности на случай, если телефон Джино прослушивают. Описать ему ситуацию так нужно так, чтобы тот все понял, но чтобы разговор, если его запишет полиция, не мог стать уликой… Хоть против Джино, хоть против него самого… В частности, точно не стоило открыто говорить об оружии, также открыто, как это было в докладе Адриано…

И был ещё один нюанс — он не говорил Джино о том, что установил самостоятельное наблюдение за заводом. Поэтому нужно было придумать и то, как это сказать, чтобы тот не обиделся на его самостоятельно предпринятые шаги. Мало ли вообразит, если неудачно сформулировать, что он ему не доверяет…

Подумав пару минут, и прикинув, как и что, он набрал домашний номер Джино. При этом он опасался, что, возможно, дозвониться будет делом непростым. Джино всё же мафиози — вполне может торчать часами на ужине в каком-нибудь ресторане.

Как отдыхает вечерами сицилийская мафия — он наблюдать сам ещё возможности не имел. Но когда делал бизнес в Ливане, то неплохо изучил особенности времяпровождения ливанских бандитских группировок. Те вечерами напропалую кутили в различных увеселительных мероприятиях, меняя девушек, как перчатки, и наливаясь по горло алкоголем.

«Если Джино ведёт такой же образ жизни, то хотя бы пусть мне повезёт, и он будет относительно трезвым, когда я до него дозвонюсь, сейчас или позже, чтобы он мог понять меня. Все же мне придется говорить намеками», — подумал он.

Но нет — голос Джино, когда он снял трубку, был вполне себе обычным. Трезв, похоже, — с облегчением понял Тарек.

— Джино, это Тарек, — сказал он, — мы как-то встречались.