Конец интерлюдии.

* * *

Саша.

Концерт, как и следовало ожидать прошёл на ура. Все гости были удивлены, довольны и как только я спел песню на английском ещё раз, конферансье объявил о завершении мини «сейшена», после чего наша гоп-компания двинулась обратно к себе в банкетный зал.

Нужно сказать, что хоть я ожидал благоприятную реакцию на «Металлику», но и представить себе не мог, что она будет на столько благоприятна. Всем окружающим песня понравилась настолько, что товарищ Саркисян в порыве энтузиазма даже предложил её номинировать на какой-то непонятный международный конкурс. Я естественно обалдел от такого захода, но также естественно был категорически не против, ибо такого рода конкурс подразумевал знакомства с иностранными музыкантами и продюсерами, которые мне могли бы понадобиться, если с Джоном Тейлором у меня не сложится. Для чего мне нужны были иностранные продюсеры, ведь музыкальную карьеру можно было сделать обычным способом? Была одна идея… Дело в том, что в моей психически ненормальной голове созрел необычный мало адекватный план выхода на большую сцену. Как? Очень просто и одновременно очень сложно. Я хотел, чтобы ко мне пришла известность из вне, тем самым гарантировав сверхпопулярность, но вместе ней конечно и возможные проблемы. Почему возникла бы популярность, я думаю, объяснять не надо, ибо так уж повелось, что весь «контент», который приходит к нам из-за бугра автоматически становится дико популярен в народе. А вот насчёт будущих проблем… Это уже обратная сторона медали. Все авторы, которые без согласования с властями страны печатались и публиковались на Западе, к возникшей было популярности обязательно автоматически получали себе в довесок ворох проблем и становились диссидентами. И так уж тоже повелось исторически. Я диссидентом быть не хотел и не собирался, поэтому придумал несколько замороченный план, который уже потихонечку начал осуществляться.

«Н-да, может быть я зря ввёл для себя сухой закон», — думал я, глядя на веселящихся людей, которые горячо делясь впечатлениями о концерте что-то рассказывали друг другу, пили и ели, что называется — от души. А поесть и попить нужно сказать было что. Пока высокие гости придавались музыкальным пристрастиям, официанты резво заменили все блюда на столах, обновив их, и теперь казалось, что они просто ломятся от такого количества яств. Чего тут только не было. И икра, и балык, и буженина, и шампанское с вином и коньяками, и запечённый поросёнок под хреном и… Одним словом, чтобы описать убранство стола, нужно вспомнить фильм «Иван Васильевич меняет профессию». Так вот, в тот момент, когда «царь» Бунша спрашивал у Марфы Васильевны как её, зовут, они сидели за столами, которые были много скромней.