Гнев.
Она сжала кружку с чаем. Пальцы побелели.
- Хорошо, - сказала она. - Давай взорвем.
За окном шумел дождь. Где-то в темноте, в третьем этаже чужой квартиры, горел свет. И двое людей, которые ее предали, даже не подозревали, что сегодняшняя ночь стала началом их конца.
Света встала. Подошла к плите. Включила чайник.
- Пей, - сказала она. - У нас много работы.
Глава 3. Юридический тупик
Утро пришло с болью.
Не с рассветом, не с пением птиц - с болью. Вера открыла глаза, и первое, что она почувствовала, - это тяжесть. Свинцовая плита на груди, которая не давала дышать. Глаза опухли так, что веки не хотели размыкаться. В горле - сухость и горечь.
Она лежала на чужом диване, укрытая двумя пледами, в квартире, которая пахла не ее домом. Потолок был незнакомый. Люстра - другая. И тишина - не та.
Вера повернула голову. На журнальном столике - кружка с остывшим чаем. Рядом - телефон. Экран мигал: восемь пропущенных. Мама. Еще мама. И один - с незнакомого номера.
Она сбросила плед и села. Резко. Голова закружилась, и к горлу подкатила тошнота. Тело ломило, как после гриппа. Только это был не грипп. Это было похмелье. Эмоциональное. Когда вчера ты выпила до дна чашу предательства, а сегодня проснулась с ее привкусом на губах.
Из кухни донесся запах кофе. Крепкого, обжигающего. И голос:
- Встала? Иди сюда.
Света стояла у плиты. В халате, с растрепанным пучком на голове. Вид - боевой. Глаза - внимательные. Она посмотрела на Веру и кивнула на стол.
- Садись. Пей. Ешь.
На столе - чашка кофе, тарелка с тостами, масло, сыр. Вера посмотрела на еду и отвернулась.
- Не хочу.
- Плевать, - Света подвинула чашку ближе. - Пей. У нас через час встреча.
Вера подняла на нее глаза.
- Какая встреча?
- С адвокатом. Я уже договорилась. Марк Борисович. Мой бывший клиент. Злой, циничный, но гений. Если кто и сможет разобрать твою ситуацию по косточкам - это он.
Вера смотрела на подругу. На ее решительное лицо. На то, как она, не спрашивая разрешения, уже взяла ситуацию в свои руки.
- Света, я не могу. Я…
- Можешь, - отрезала та. - Пей. Одевайся. И не спорь со мной. Я сегодня добрая только первые пять минут.
Вера взяла чашку. Руки дрожали. Кофе расплескивался. Но она сделала глоток. Потом еще один. Горячая жидкость обожгла горло, но внутри что-то шевельнулось. Не жизнь. Пока нет. Но что-то.
Офис Марка Борисовича находился в старом здании на Садовой. Вывеска - скромная, без пафоса.«Юридическая консультация. Шумов М.Б.»
Внутри пахло бумагой, кофе и табаком. Секретарша - женщина лет пятидесяти с усталыми глазами - кивнула им и провела в кабинет.