На телефоне появилось уведомление. Не от мужа.
«Северный банк. Напоминаем о необходимости погашения задолженности по договору поручительства № 18/П-24. Сумма требования – 8 460 000 руб.»
В отделение банка я добралась к десяти. Пока стояла в очереди, успела трижды проверить телефон. Артем не ответил. На экране все еще висела одна галочка.
Менеджер по работе с задолженностью оказалась молодой женщиной с идеально гладкими волосами и усталым лицом. Ее звали Галина Крылова. Она попросила паспорт, сверила данные и распечатала несколько листов.
– Здесь первоначальный договор поручительства, – произнесла она, подвигая документы ко мне. – Он заключен в марте 2024 года. Заемщик – ООО «ГранитКомплект», директор Соколов Артем Викторович. Вы отвечаете по обязательствам заемщика в пределах установленного договором объема.
Я посмотрела на подпись внизу страницы. Буква «Е» с длинной нижней петлей, фамилия, характерный наклон последней черты. Подпись была похожа на мою.
Я провела взглядом по строке, словно надеялась, что буквы сложатся в другое имя. Но нет: моя фамилия, мой паспортный номер, адрес нашей квартиры. В графе «поручитель» стояла я – не жена директора, не человек, которому показали бумагу на кухне, а отдельная сторона договора со всеми последствиями, которые теперь вытекали из нескольких росчерков.
Я вспомнила, как Артем принес домой уже подписанный со своей стороны экземпляр и попросил меня расписаться на отмеченных закладками страницах. В тот вечер он уверял, что риск ограничен небольшой суммой и что при первом поступлении от заказчика кредит будет закрыт. Возможно, я действительно подписала первоначальное поручительство. От этого становилось не легче, но хотя бы яснее: сейчас я не имела права лгать себе так же, как муж лгал мне. Мне нужно было отделить свою ошибку от его последующих действий.
– Я не приходила оформлять его в отделение. Артем принес документы домой, и я подписала то, что он мне показал. Но здесь, в банке, меня не было.
Галина Крылова поправила стопку бумаг.
– Договор оформлен надлежащим образом. Подпись прошла проверку.
– Какую проверку?
– Стандартную.
– Покажите документ, где указано, что я лично присутствовала в отделении.
– У нас нет обязанности демонстрировать внутренние отметки сотруднику клиента.
– Я и есть клиент. С меня требуют деньги.
Женщина посмотрела на меня поверх очков. В ее взгляде появилось раздражение, но вместе с ним – что-то похожее на настороженность.
– Елена Сергеевна, банк не пытается вас обидеть. Заемщик не исполняет обязательства. Мы обязаны работать с поручителем.