А что не понятно, можем не только словами объяснить. Но это они и без слов уже понимают. По глазам вижу. Всё, надо уходить, скоро звонок и впереди биология. Есть ещё одно дело, но с ним завтра. Не все камни по адресам раскидал…
Курдская диаспора впечатляется. Позыркивают глазёнками, но молчат. А что они скажут? Их семеро, нас тут против них человек пятнадцать. И это только тех, которые хоть сейчас готовы к бою. Есть ещё мелочь всякая, вроде Сверчка, девчонки, среди которых маскируется Зиночка. Если взрослые тормозят, то ассимиляцией нацменьшинств сами займёмся. Кто, если не мы?
10 сентября, школа
Опять кабинет директора! Придётся в расписании дня время обеда сдвигать, если так дальше пойдёт. Сегодня во время перемены положил ему на стол цидульку, теперь расхлёбываю то, за что боролся.
Математичка с нами, раскрасневшаяся от злости, и Нелли.
— Если я поставила тебе четвёрку, значит, именно такую оценку ты и заслужил! — Чеканит Людмила Петровна.
Жалобу директору на неё нарисовал. Ишь, чего удумала, оценки мне снижать по своему капризу. Это в тот день, когда мы курдов в классе по полу размазали.
— Не вижу логики, — ага, давай, переговори меня! — Хотите сказать, такого никогда не бывает, что учителя завышают или занижают оценки? Да сплошь и рядом!
— Это всё-таки редко происходит, — мягко замечает директор.
— Да какая разница, Пал Михалыч? Происходит же! Вот и сейчас такой же случай.
Нелли сидит тихо, как мышка. Кажется, она математичку побаивается. Директор, по-моему, тоже опасается.
— Яйца курицу не учат! — Надменно отчеканивает математичка. Зуева, кстати, её фамилия.
— Зачем вы директора яйцом обзываете? — Вопрошаю недоумённо. — Да и о себе тоже… курица, надо же…
Нелли еле сдерживается от хихиканья, математичка немеет, а я объясняю:
— Это Пал Михалыч вас должен поправлять и учить, поэтому ему и жалуюсь. Не примет мер, в городское управление заяву накатаю.
Пока математичка багровеет, а Нелли прячет улыбку, директор пытается взять дело в свои руки. Только что ведь угроза по его адресу была. Хоть и завуалированная. Не нужны ни одному начальнику жалобы наверх.
— Объясни, Колчин, почему ты считаешь, что тебе занизили оценку?
— А как оценивается работа школьника? По правилам или от фонаря? Разве нет инструкции? — Бить оппонента надо его же оружием. Директор во многом не педагог, а чиновник. Регламент, директива, инструкция, ЦУ сверху для него всё.
— К примеру, контрольная работа из пяти заданий. Выполнил всё без ошибок — пять. Ошибся и неправильно решил одну задачу — четыре, справился только с тремя задачами — три. Разве нет?