Его выступление было таким ярким, что он вошёл в Центральное Правительство.

Он стал большим фаэтонцем, чем сами фаэтонцы. Он продвигал идеи их общества так рьяно, что довёл их до абсурда.

Экономические проблемы, жёсткое подавление инакомыслия привели к тому, что очередная война с Марсом случилась на поколение раньше, чем могла бы.

Но главное, к моменту её начала экономическая мощь Фаэтона настолько снизилась, что эту войну Марс выиграл.

Он ушёл, считая, что достиг своей цели непобеждённым и не раскрытым.

И это было так.

Потому что, как и всякий военный он был орудием.

И это политики предопределили возникновение врага, который стал непримиримым из-за своих страданий, и смог возродиться после того, как он ушёл.

Потому что заменить его было некем.

«Книга Ветра и Крови»

Истории Нового Времени

Перевод на русский Г. Волкова и К. Котова

Он был невероятно быстрым. Я знал это, потому что уже сталкивался с такими же, как он. Очень давно, в Звёздном Городке.

Только теперь у меня не было тюрвинга, замедляющего время. Поэтому приходилось полагаться только на режим.

Но скорости всё равно катастрофически не хватало.

Он легко менял направления, даже в воздухе, точно вовсе не имел массы. Впрочем, это не удивительно: телосложение и пустотелые птичьи кости давали ему такое преимущество.

Я до сих пор не отстал только потому, что мог предвидеть, просчитывать его решения. Он был очень логичен. Надо сделать зарубку на будущее: видимо, его раса очень уж привязана к логическому поведению, даже в самых критических ситуациях. Никакой паники, только холодный расчёт. Слишком холодный; одна фальшивая нотка, одно неправильное решение — и он мог ускользнуть от моего встроенного компьютера.

У меня был ещё одно преимущество.

Кай сидел в засаде. Это был наш план Б.

Я был уверен, что мы никогда его не задействуем. Всё выглядело просто и логично. Но нет: несостоявшийся пленник проявил невероятную прыть и буквально вылетел сквозь узкий, почти вертикальный лаз в пещере, где мы назначили встречу.

Влажные тропические заросли чем-то напомнили мне Венеру. Но тут, к счастью, не было настолько опасных тварей.

Одно ловкое движение — Кай зафиксировал сеть.

Пленник отчаянно бился несколько секунд, выпустив острые когти, прорвавшие материал, имитирующий человеческую кисть. Но сеть была прочнее. Спасибо Гайе, её творение работало лучше всяких углеродных полимеров.

Кай затянул сеть так, чтобы пленник не мог шелохнуться, и притянул к себе.

— Средства связи, — сказал я, — засёк?

— Ага, — кивнул напарник, — в правом рукаве что-то вроде миниатюрного передатчика.