– Заходи, – коротко сказал он и, развернувшись, поехал в дом. Я быстро последовала за ним, страшась оказаться наедине с огромными собаками.
Закрыв за собой дверь, прошла вглубь широкого холла, из которого, словно лучи солнца, расходились более узкие коридоры с дверями по обеим сторонам. Широкая лестница была оснащена подъемным механизмом. Видимо, для коляски мистера Фишера. Сам он, доехав до широкого дверного проема, ведущего, судя по всему, в гостиную, развернулся и бросил на меня очередной недоброжелательный взгляд.
– Не слишком тут располагайся. Завтра утром ты уезжаешь. – Он снова развернулся и поехал в гостиную, крикнув напоследок: – Твоя комната на первом этаже слева по коридору!
– Сама доброта, – пробурчала я и пошла в указанном направлении.
– Райли, я не понимаю, зачем тебе ехать так далеко, – вещала трубка голосом матери, пока я, пробираясь по узкому серпантину, одновременно пыталась справиться с управлением автомобилем и следить за навигатором. Ах, да, еще и отвечать на реплики требовательной матери. – Если ты до сих пор не пришла в себя после разрыва с Томом, ты вполне могла и дальше жить у нас на ранчо, а не ехать…
Связь прервалась. Уже в четвертый раз с момента, пока я поднималась по этому серпантину. Чертыхнулась и отбросила на пассажирское сиденье телефон, который был зажат между ухом и плечом. Снова сбросила скорость и сверилась с навигатором.
– Кажется, заблудилась, – выдохнула устало.
Стрелка на навигаторе опять крутилась, постоянно меняя направление и показывая север в разных местах.
Поднявшись по серпантину еще немного выше, я остановилась в “кармане” и достала карту. Вытащив из пакета и сунув в рот еще одного желейного червячка, я внимательно смотрела на пометки на карте, водя по ней пальцем с покрытым прозрачным лаком ногтем.
– Так, – пробормотала. – Я свернула тут. Поднялась до следующей развилки. Потом проехала еще пять километров. Налево. Ага. Дальше я… Кажется, тут.
Схватила телефон и попробовала определить свое местонахождение, но антенна показывала только одно деление, так что и старый добрый Гугл тут помочь не смог.
– Черт подери, – выругалась я и, отбросив карту, закинула в рот еще одного червячка. Наклонилась и посмотрела на небо через лобовое стекло. – Скоро стемнеет. Что ж, Элвис, нам надо ехать, иначе мы будем ночевать тут с волками и медведями.
Включив погромче песню Love me tender любимого Пресли, я завела машину и выехала на дорогу, даже не глянув, пуста ли та. Пуста. У меня было такое ощущение, что по этой дороге, кроме меня, вообще никто не ездил.