— Жаль, конечно, что все дерево не принесли… — вздохнул я. Не то чтобы претензия к работе гвардейцев, скорее расстройство от того, что такой материал пришлось кромсать.

— Все дерево? — прогудел из-под закрытого шлема боец, который еще стоял на ногах, хоть и с видимым трудом. — Ты хоть представляешь, скольких сил нам стоило добыть это?

— Я без претензий! — сразу поднял руку. — Просто подумал, что раз вы половину ствола откололи, значит дерево было повержено…

— Половину? Это предплечье! — рыкнул гвардеец, и в голосе его, приглушенном металлом шлема, звякнуло что-то нехорошее.

А, вон оно как, оказывается… То есть этот кусок в четыре метра всего лишь часть руки… Что же тогда за монстр растет посреди леса, если предплечье у него размером с обычное дерево? И где они его вообще нашли, и как умудрились вернуться живыми, потому что по состоянию доспехов и лицам складывалось впечатление, что дерево расставалось со своими конечностями не особо добровольно.

— Успокойся, — остановил бойца Кральд. — Вы молодцы, задание выполнено. Этого ведь хватит? — он перевел взгляд на меня.

— Думаю, да… — не стал уточнять, что вообще пока не представляю, как с этим работать. Зато теперь точно знаю, что живое дерево в одиночку бы не одолел. Да и с Больдом вряд ли, учитывая масштабы оригинала.

— Древний, видать… — задумчиво проговорил Эдвин, разглядывая кусок с прищуром. — Слышал, что такие есть, но сам не видел. Надо было с ними пойти, хоть было бы с кем поговорить, — он махнул рукой и собрался уходить.

— Погоди, Эдвин! — остановил его. — Ты бы хоть объяснил, что мне теперь делать с этим куском!

— Твой кусок, ты и разбирайся, — пожал плечами старик и развернулся, но столкнулся взглядом с Кральдом. Тот смотрел на него без тени улыбки.

— Помоги парню, старый. Не зли меня.

— Ой, да ладно, хорошо! — Эдвин поднял руки. — Бери свое бревно, пойдем. А то тут сборище, будто что-то невиданное произошло, — он обвел рукой толпу зевак, фыркнул и зашагал прочь, к своему дому.

Я наклонился к куску живого дерева и попытался его поднять. Тяжесть оказалась такой, что колени подогнулись на первом же рывке, а дерево едва оторвалось от земли на ладонь. Плотное, литое, будто внутри не древесина, а камень. Отпустил, выпрямился и огляделся. Двое мужиков стояли неподалеку, из тех, что притащились поглазеть на представление.

— Подсобите, мужики, а то я один его до завтра волочить буду.

Уговаривать не пришлось, подхватили втроем и поволокли вслед за Эдвином, который уже скрылся за поворотом и явно не собирался нас ждать.

Дотащили бревно до двора Эдвина, и я уже хотел опустить его на траву, как старик выглянул из дверного проема и посмотрел на нас таким взглядом, будто мы ему во двор мертвого кабана приволокли, причем умершего недели две-три назад.