Память Рея на этот счет хранила лишь какие-то смутные воспоминания. Несколько раз, когда прижимали в углу и это грозило выйти за рамки обычной словесной перепалки, появлялся Хорг. Молча, с таким видом, будто бы ему вообще-то некогда, но раз уж зашел… Ничего не говорил, просто стоял рядом, и ситуация как-то сама собой рассасывалась. Потом он же давал подзатыльник Рею, чтобы жизнь медом не казалась, и уходил дальше по своим делам.

А ведь это занятно… Получается, никакого официального заступничества, никаких слов о том, что этот щегол мой и руки не распускать. Просто молча оказывался рядом именно тогда, когда надо. Взять хотя бы тот разговор с Вельтом, я ведь почувствовал себя нормально только тогда, когда Хорг пришел. До этого было ощущение, что разговор может повернуть в любую неудобную сторону, а после стало спокойнее. Хотя он же тут же отвесил мне подзатыльник, можно сказать, просто так, для профилактики. Но это как-то даже не обидно что ли.

Вполне вероятно, что вся эта философия укладывается в одну фразу: мой щенок, мне и воспитывать. Никаких нежностей, никаких объяснений, просто молчаливая граница, которую деревня усвоила. Не самое плохое устройство вещей, если честно.

Ладно, хватит анализировать Хорга, у меня других дел полно.

Настроение, несмотря на все эти мысли, оставалось отличным. Даже непривычно отличным, потому что сил было в избытке, впереди оставалась добрая половина дня, и голова уже просчитывала завтрашнее. Ярмарка, рыба, место для готовки.

Последнее требовало решения прямо сегодня, потому что рыбу можно забрать из верши только после того, как разберусь с этим объединением, а потом надо будет сразу приступать, времени мало. Я уже примерно представлял, что построить и из чего. На том обрывистом берегу, где приметил глину, можно набрать нужное количество прямо из-под ног, она там лежит открытым пластом, только наклонись. Конструкция несложная, полдня, если не отвлекаться. Проект в голове был почти готов, осталось только приступить.

Площадь прошел не задерживаясь, мимо дома старосты тоже, и дорога начала идти вниз, к выходу из деревни. До дыры в частоколе, через которую обычно хожу к реке, оставалось совсем немного, когда сбоку послышались знакомые смешки.

— Рей, а чего это ты от меня прячешься в последнее время?

Тобас шел наперерез, неторопливо, будто пространство вокруг него само собой освобождается. За ним тянулись двое его обычных дружков, молчаливые и готовые смеяться над чем угодно. Уйти спокойно явно не выйдет, перекрыл дорогу грамотно, и разговора не избежать. Жаль, настроение было хорошее.