— Пика — это седьмой этап? — Удивился я. Ведь вроде как, Анаратша говорила, что на седьмом этапе, пиковом, практики, конечно, могут уничтожить мир. Но вот создать его…

— О нет. Седьмой этап — это лишь начало третьей сверхстадии. Потом есть восьмой и девятый этапы. А за ними становление тем, кто может творить миры… — Неожиданно просветил меня фанатик. И это было уже интересно. Получается, и нам противостоят не пиковые миры.

— Становление парагоном? — Высказал я предположение.

— Нет, конечно. — Гай даже хохотнул. — Парагон един. А тех, кого называют богами, может быть много.

— Воплощения? — Снова высказал я предположения. Те, кто стоят над бессмертными. То ли духи, то ли боги, охраняющие миры. И именно их наличие и определяло, ты игрок на мировой арене или жертва и ресурсная база. В Моонгаве это был Амрата-Ван, у Баворта Даакаан. Но даже пленные мало что про них знали. Однако они, вроде как, появлялись из сильных практиков. Из сильнейшего практика во всем мире.

— Не совсем… — Уклончиво ответил внешник, словно бы я затронул сложную тему. Но вернулся к храму боли.

— Он основал храм боли. Секту, клан, школу… Названия неважны, да и никто не вспомнит сейчас. Но мощь наших предшественников гремела по мирам, верхним и нижним. А потом, естественно, что-то пошло не так. Говорят, храм раскололся на светлые и темные ветви. Светлые, как мы, искали возвышения в своей личной боли, темные в чужой, хотя естественно, границы между нами не всегда можно определить четко. А затем мир пал, основатель тоже пал, уничтоженный врагами. Но от школы осталось бесчисленное количество осколков, что ушли странствовать по всем мирам, передавая знания через поколения…

— Понятно. Так что ты знаешь о Лиань? — Переключился я, услышав вполне себе стандартную историю в духе, это было давно и никто ничего не помнит. Но приверженность «светлой стороне» лишь еще больше внушала уважение.

— Что она вернулась из-за грани? Что она была мертва, но снова жива? Такое описывается в легендах. Но в молодых мирах возможно многое.

— Сам-то ты из какого мира? — Снова разочаровался я, не получив ответов.

— У нас нет дома. Нас не любят в мирах. Наш удел — вечное странствование… — Допил он кофе, протягивая кружку.

И в этот момент мое внимание привлекли несколько фигур на мечах, приближающиеся к нам с чуть иной стороны. Так что я прервал диалог. Прибывших было трое. Все в черных цветах. И представители уже другой фракции аккуратно подлетели к парящим Землянам, давая себя рассмотреть. Сильные… Сильные воины с довольно сильно отличающимися лицами от всего, что могло быть на Земле. Суровые. Отсюда я не мог почувствовать их стихий, но через ментальную связь с Нелл понял, что вроде бы от двоих сильно чувствуется смерть. А от третьей, женщины, жизнь.