Пацан громко засмеялся. И смех его был не совсем адекватным. Он прям радовался, что убил людей. Ясное дело, особисты — это не простые люди. И да, тут вопрос стоит, либо — ты, либо — тебя, но…этот псионик испытывал счастье от смерти двух человек. Просто от их смерти. Он сейчас очень сильно напоминал ребенка, который, к примеру, оторвал жукам лапки, чтоб понять, побегут ли они без лапок. Оказалось — нет. Не побегут. И ребенка этот факт сильно веселит.
— А ты откуда здесь? — Он резко перестал ржать. Так же резко, как и начал.
У парня явно проблемы с башкой. Стоя рядом с ним, я ощущал в нем какую-то гниль. Или — опухоль. А внутри этой опухоли — гной. Долбаный Романовский был прав насчет обострившейся эмпатии. Убеждаюсь в этом уже третий раз. Я стал физически чувствовать то, что происходит в других людях, без применения особенностей. На кой черт мне это надо⁈ Я так реально крышей поеду. Эмпатию хрен выключишь.
— Не знал о ещё одном псионике. — Продолжал тем временем пацан. Глаза его блестели, будто при высокой температуре. — Тоже тут живешь? Да, нееее… Я бы тебя нашёл. Весь порт облазил. Каждый уголок. Откуда ты?Идем. Надо бежать. Где-то рядом особисты.
Он разговаривал, вроде, со мной, но при этом, будто и не со мной вовсе. Перескакивал с одной фразы на другую, не всегда связывая их между собой логически.
— Да нет их! Нет особистов рядом! — Я оттолкнул его руку, которой он снова хотел меня схватить.
Ощущение нарыва, через который вот-вот прорвется гной, стало еще сильнее. Я даже запах почувствовал. Гнилой запах воспаления. Чуть не вывернуло. Честное слово. Постарался дышать ртом, а то точно блевану прямо на псионика.
Потом почему-то посмотрел на крысу, которая уже не сидела, а лежала на земле, задрав лапы к верху. Причем, грызун выглядел так, будто у него сейчас случиться инфаркт. Он хрипел, подрагивал лапами, тряс хвостом. Вот тогда меня осенило. И я снова охренел.
— Ты…смог использовать крысу? Как маяк…– Спросил я, с жалостью разглядывая ни в чем не повинное животное.
Однако параллельно испытывал чувство легкой зависти. Не к крысе, конечно. Чего ей завидовать, она очевидно сейчас сдохнет. К этому Федьке. Потому что он сделал с помощью психометаболизма то, что я, наверное, не смог бы. Мощно сделал. И с мышцами своего тела, и с крысой. Хотя грызуна, конечно, жаль.
— Ага. — Пацан улыбнулся. — На особистов нет возможности влиять. У них — защита. Там не пробиться. Я тех двоих смог убить благодаря фактору неожиданности. Так же швырнул в них металлическую катушку. Просто поднял ее руками и швырнул. Видишь, какие у меня теперь руки!