— Я — Пришлось согласиться, потому как заявление незнакомец сделал максимально логичное.
Конечно, это — я. Кто же еще. Правда, непонятно, что именно странный псионик имеет в виду. А то, что он псионик я понял сразу. Это о его появлении меня предупредил собственный организм. Я давно сообразил, чужой взгляд в затылок — признак присутствия рядом такого же, как я.
— Надо же… Действительно ты… — Снова выдохнул пацан.
Его чудаковатая манера говорит дурацкими фразами начала выводить меня из состояния равновесия. Впрочем, какое уж там равновесие. Я и до появления подростка был заведен. Он мое состояние просто усугублял.
— Ты кто такой? Откуда? — Спросил я, заодно оглянувшись по сторонам. Все-таки, два псионика в центре города не самая безопасная компания.
— Толик. — Ответил пацан с таким простодушным выражением на чумазом лице, будто его имя объясняло все происходящее.
— Замечательно, Толик. Не совсем понятно, что ты от меня хочешь. Это первое. Второе, какого черта ты разгуливаешь по городу в таком виде. — Я многозначительно окинул его взглядом с ног до головы. — Про остальное тоже вопросы имеются. Например, очевидно, почему ты подсел именно ко мне, у нас, скажем так, много общего, но… Не боишься?
Я не стал произносить вслух слово «псионик». Оно не сильно безопасное для, беседы.
А вообще, конечно, момент несколько удивительный. Наша встреча имею в виду. Толик подошел ко мне целенаправленно. Выходит, он, как и я, знает о нашей способности ощущать своих собратьев. Более того, судя по его первой фразе, есть подозрение, что Толик знает обо мне что-то, в то время как я о нем не знаю ни черта.
Возникает вопрос. Он следил за мной? Но я не чувствовал этого. Он случайно увидел меня? Но что значит такое конкретное «тыканье»? И почему вообще Толик в свои годы ещё жив?
Псионики очень редко дотягивают ло двенадцати-тринадцати лет. Себя в расчёт не беру. Раньше я льстил своему самолюбию, считая, будто мое выживание — моя же заслуга. Сейчас думаю иначе. Первые годы — да, возможно. Но по итогу, если бы Ликвидатор не имел великие планы на мой счёт, если бы я не был тем, кем являюсь, меня бы давно утилизировали. Скрываться от особистов реально, конечно, но очень недолго. Они все равно потом найдут.
За время пребывания в столице я видел лишь двоих псиоников, относительно взрослых. Мало кто доживает даже до двенадцати. Обычно особисты вычисляют нас гораздо раньше. Оба псионика, о которых я сейчас вспомнил, находились вроде как в бегах. Первый, которого мы с Ликвидатором ловили в доках, и второй, который за каким-то чертом полез в дом Романовского… Но оба они кончили все равно одинаково. С той лишь разницей, что второй псионик, чисто теоретически, сейчас находится в руках особистов и должен быть жив. Правда, совершенно не понятно, что лучше. Может, мне надо было позволить ему умереть.