Шустов резко притормозил, объезжая очередную яму в дорожном покрытии.

— Егор, ты и правда, не рискуй понапрасну, — он покосился на монитор, где мелькали, сменяя друг друга какие-то изображения, тексты, схемы.

— Не мешай, — Травин упорно продолжал. — Наше местоположение никто не узнает. Я вошел в сеть через коммуникатор.

— Вот его и обнаружат!

— Пусть. Он у меня дома. Пока трассировку сделают, пока поймут, что к чему, мы уже из зоны действия сети выйдем. Никто даже направление не сможет определить. К тому же я ввел терминирующую команду. У меня на всех устройствах специальные программы установлены.

— Уничтожение данных?

— Ну, типа того, — неохотно ответил Травин.

— А что ты скачиваешь?

— Информацию со своего рабочего компьютера.

— Это настолько важно? — спросил Максим. Ему тоже не нравилась затея Егора.

— Важно. Поверь. И вообще, веди машину.

У Шустова возникло неодолимое желание отпустить руль, схватить нанокомп и разбить его или выкинуть за окно!

— Эй, эй, Макс, ты что творишь? — Травин отпрянул, вжался в дверь. — Нет, ну серьезно, немного осталось скачать!

— Оно того стоит?

— Поверь, это важно!

— Тогда выкладывай! Или ты просто следы заметаешь⁈

— Полегче, там! — раздался возглас Багирова. — Макс, ты водить разучился?

— Нет. Извини. Яма большая попалась. Ты коммуникатор у охранника забрал?

— Ну?

— Переключи в режим рации, на прием.

— Зачем?

— Травина послушаешь. Просто сделай.

— Ладно. А что там у вас вообще происходит? — недовольно спросил Антон, потирая ушибленный затылок.

— Сейчас разберемся, — ответил Максим и, не отрывая взгляд от дороги, добавил: — Давай, Егор, просвети, не из-за тебя ли нас всех отдельным приказом к карьеру вывезли?

— Может, и из-за меня, — Травин не стал отнекиваться. — Хотя, вряд ли. Иначе, почему мой рабочий комп не распотрошили? Даже от сети не отключен!

— Ты по делу говори! — Захар Чижов снова подался вперед, пытаясь прочесть данные, мелькающие в объеме голографического монитора. Передача как раз завершилась, последнее, полученное из сети изображение увеличилось. — Что за деревня? — удивился он, рассматривая снимок, запечатлевший кривые, тонущие в грязи улочки, одно-и двухэтажные дома, на заднем плане скверной по качеству фотографии смутно очерчивались корпуса длинных приземистых кирпичных построек, над ними возвышался лес труб, из них валил дым.

— Сколько тебе лет, Захар?

— Двадцать. А что?

— Этот снимок сделан тридцать лет назад. И на нем не «деревня», а наш родной город!

— Да быть такого не может!

— Я тоже поначалу не поверил. Думал, кто-то в графическом редакторе позабавился.