Руки у Мери окоченели от холода, она терла их друг о друга, старалась согреть дыханием, но все попытки были тщетны. Она стояла у окна, сквозь щели которого так же пробирался холод, завывал ветер.
Она смотрела в окно, стараясь не выглядывать сильно, чтоб ее не заметили, ведь ее комната была на первом этаже. Она выходила на мощеную улицу, по которой проезжали лошади с повозками, проходили люди, собаки. Ничего необычного, кроме одного, на другой стороне улицы, прямо напротив небольших магазинчиков и гостиницы, в которой она и жила, раскинулся роскошный когда-то особняк. Теперь это было огромное, бело-грязное здание, со статуями львов на переднем фасада лестницы. Широкая лестница вела ко входу - золочёным двустворчатым дверям.
Перед ними же была площадка, на которой часто можно было увидеть дам, ярко накрашенных, в дорогих, пышных платьях, волосы их были завиты и украшены, а на шляпках красовались яркие цветы и перья. Они громко смеялись и шутили и встречали гостей, некоторые из которых бодрой походкой заходили в золотые ворота, другие же с опаской, тревожно озираясь, третьи медленно и чинно. Были и такие, кто входил шаткой походкой, еле стоя на ногах. Хорошо и богато одетых пропускали. Эти ворота не впускали лишь тех, кто был плохо одет и не мог показать при входе толстый кошелек с купюрами или золотыми монетами.
Мери сильнее закуталась в уже прохудившуюся шаль, одну из немногих теплых вещей. Нужно было думать о том, где достать хоть какую-то нормальную теплую одежду.
Осень потихоньку заявляла свои права, от летних жарких деньков почти ничего не осталось, лишь изредка выглядывало теплое солнышко, чтобы хоть немного согреть и порадовать жителей этого городка, которым и так было не просто.
Много трудяг проходило мимо окна Мери, уставшие, потные и грязные они плелись домой . Среди них были мужчины, женщины и даже дети, которым рано пришлось повзрослеть. У кого-то родители отошли в мир иной от болезней, невзгод и непомерно тяжелой и вредной работы, у других их попросту не было. И некому было заботиться об этих маленьких ребятах.
«Возможно», - думала Мери, - “у них есть братья и сестры, матери, о которых нужно заботиться. И это все толкает их идти за сущие гроши на тяжёлую работу и трудиться наравне со взрослыми мужчинами и женщинами, получая, при этом в несколько раз меньше. Жертвуя своим здоровьем и детством”.
От таких мыслей ей стало горько. Она снова вспомнила ее, свою маленькую, заленоглазую малышку. Сердце Мери сжалось, ком подступил к горлу. “Где она сейчас, с кем, все ли с ней в порядке”?