— Если раньше не пристрелят, — внезапно вступила в беседу Маша. — Что вы на меня так смотрите? Резонансное дело как прогулка по минному полю, никогда не знаешь точно, чем оно закончится — звездочкой на погон или тремя выстрелами в воздух над могилой. Мало, что ли, наших в машинах на окраинах находили? Кого с пулей в голове, кого задушенного.

— Факт, — подтвердил Олег. — И это если вообще находили. Хотя, конечно, сейчас все же поспокойнее стало. Это не мои слова, а тех, кто в столице раньше работал, в самом начале 90-х. Там люди с таким опытом, что смело сравнивать могут. И если они говорят, что стрелять почти перестали, значит, так оно и есть на самом деле.

— Спокойнее — это прекрасно, — усмехнулся старший Остапенко, — но народу нужно жить не спокойнее, а безопасно. Между этими двумя понятиями огромная разница.

— Как и между тем, что происходит в городе, — парировал его слова юноша. — Мне тут днями коллеги рассказали о бутовской бойне. Слышали про такую?

— Представь себе, — чуть замешкавшись, ответил депутат. — Я же не на вершине горы, где никто не бывает, живу.

— А я нет, — сообщила всем его жена. — О чем речь?

— Да был прецедент в девяносто втором году, в Бутово, там полноценное сражение устроили прямо на улице. Причем схлестнулось сразу несколько группировок — балашихинская, подольская, чеховская и измайловская, — пояснил Ровнин, который историю про эту стрелку услышал от Морозова буквально несколькими днями ранее. — Вроде никого не забыл.

— Забыл. — Антон Семенович с интересом глянул на юношу. — Сережу Бороду забыл, который над гольяновскими стоял. Формально он выступил организатором той стрелки, на которой Гере и Сухому, старшакам балашихинских, беспредел предъявили. Потому, собственно, гольяновским после и пришлось их зачищать. Не смог обеспечить — сам и исправляй.

Неизвестно, насколько сильно ранее Олегу удалось удивить своими словами и поступками этого лысоватого полного дядьку, но вот тому его самого поразить удалось до глубины души.

— Только Борода и сам после на белом свете не зажился, — ковыряя пирог ложечкой, продолжил депутат. — В девяносто третьем он невесть куда пропал, будто его и не было. А еще через год нашли его в водоеме с гирями на ногах. Но вообще — есть резон в твоих словах, Олег. И правда, такого, как тогда, уже на самом деле нет. Постреливают, случается, но уже не очередями из автоматов, а максимум из снайперских винтовок, что совсем другое дело.

— А в Бутово-то что произошло? — уточнила Маша. — Я что-то такое на работе слышала, но специально не интересовалась.