Машина Энджи заблокировалась.
— Никуда ты не поедешь! — хрипло прошептал он, сделав ещё шаг к ней.
Девушка, разозлившись, толкнула его ладонями в грудь, испытывая злость, обиду…
Шериф не дёрнулся с места. Тогда Энджи вновь пихнула его в грудь с криком, который рвался из нутра, словно раненый зверь, попавший в ловушку.
— Отпусти меня! Прошу… Брайан, отпусти! — кричала она от безысходности. Слёзы потекли по щекам, сливаясь с каплями дождя.
И она вовсе не имела в виду отпустить её домой.
Нет!
Отпустить навсегда, забыть, вырвать из сердца, из души, из памяти. И дать ей возможность забыть и его, растить ребёнка одной, вычеркнуть его из её раненого сердца. Ведь она так больше не может, не желает быть его любовницей. День за днём думать о нём, о его поцелуях, о его объятиях, желать его…
23:45 дом Брайана Фостера
Подъехав к дому Брайана, Энджи отметила, что он был небольшим, одноэтажным, сделанным из кирпича, с острой невысокой крышей и большой стеклянной дверью с выходом на веранду. Река Тиней располагалась по левую сторону дома. Остальное рассмотреть было трудно на улице уже стемнело.
Брайан аккуратно взял девушку на руки и занёс в дом. Затем он дал ей свою бирюзовую футболку, белый халат и показал, где находится душевая комната, а сам занялся камином и поставил чайник на плиту.
Минут пятнадцать Энджи принимала душ, возвращаясь мысленно вновь и вновь к тому, что произошло возле кафетерия и в полицейском участке. Осознавая, какое безумное влечение у них друг к другу, она понимала, что желает его всей душой, как и он её. Но эти рамки — в виде его жены, их родителей и её беременности — всё останавливало. Энджи чувствовала, что сходит с ума от безумной любви к Брайану и реальности, где он не может быть с ней и их ребёнком. И эта горечь убивала её.
Собравшись с мыслями, девушка вышла из душевой и развесила свои вещи возле обогревателя.
Она зашла в кухню.
Брайан, уже переодевшись в пижаму с темно-синими шортами до колен и белой футболкой с рисунком, готовил им ночной «перекус».
— Ты уже помылась? Присаживайся, я тоже схожу в душ. Не стесняйся, выпей горячего чая и перекуси. Я сейчас вернусь, — ласково проговорил он, выдвигая стул из-за стола. Девушка кивнула и подошла к накрытому столу.
Энджи чувствовала, что зверски проголодалась и не стала сопротивляться, так что молча и мягко ему улыбнулась.
— Ты уж извини, но ключи от машин я возьму с собой. Так, на всякий случай, — показав два ключа от своей машины и её, проговорил Брайан и удалился в душевую.
Энджи промолчала. Она не была врагом своему будущему ребёнку и не собиралась выходить на улицу в такой ливень. С неё уже хватит. Поэтому она принялась за еду, которую Брайан приготовил за пятнадцать минут, вспомнив, что сама научила его вкусно готовить.