У стены здания стоит и, как всегда, курит Дар. Все еще мокрый, без рубашки, в низко сидящих на бедрах штанах, которые облепили ноги, как вторая кожа. С влажной челкой и струйками воды, сбегающими по лицу и идеальному торсу.

— Ты что тут делаешь? — возмущаюсь я, сделав шаг парню навстречу. — Заболеешь же! Хоть бы оделся!

— Тебя жду… — отвечает он слегка заторможенно. Взгляд стеклянный, а на предплечьях — мурашки.

Какой он все же двинутый на голову!

— И зачем же? — спрашиваю воинственно, складывая руки на груди. Интересно, где Дар потерял Кита? Или это Кит потерял брата? Зачем отпустил его мотаться по кампусу в таком виде?

— Я передумал, — сообщает парень будничным тоном, словно я должна догадаться, о чем идет речь, исключительно по его мокрым штанам!

Дар молчит и внимательно смотрит на меня, а я буквально теряюсь в его потемневших глазах со все еще мокрыми ресницами, которые сейчас смотрятся словно нарисованные небрежными мазками кисти.

— Да? И разреши спросить, по поводу чего ты передумал? — спрашиваю я, поражаясь тому, насколько хрипло звучит мой голос.

— Я сказал, что не хочу целовать тебя после Кита…

— И?

Голос срывается, а сердце начинает стучать как бешеное. Хочу сказать что-то резкое, одернуть парня, но почему-то стою и завороженно смотрю на него, не в силах даже сбежать.

— Мне насрать, кто целовал тебя до меня…

Сказав это, Дар делает неуловимое движение мне навстречу и заключает в объятия, прижавшись холодным влажным телом. Точно ведь заболеет, сумасшедший!

Нежная замерзшая ладонь на моей щеке, едва ощутимое прикосновение. Дар ведет подушечками пальцев по скуле ниже, задевает губы, чуть нажимая на нижнюю и заставляя рот приоткрыться, и потом по подбородку. Сжимает шею.

Я распахиваю глаза и выжидающе смотрю в его лицо. На холодные ночные тени, которые делают черты более резкими. Бледная в лунном свете кожа, злая улыбка на губах и экзоскелет, который в таком освещении кажется серебряным.

И жалящий, злой поцелуй. Холодные мокрые губы, капельки воды, капающие с его челки на мое лицо, и дрожь, то ли от холода, то ли от предвкушения. Кровь стучит в висках, вкус дорогого алкоголя и отчаяния. Эмоции на разрыв.

От уверенных и жадных прикосновений его языка меня словно обливает кипятком. Я горю и чувствую, как рядом со мной нагревается Дар. Мышцы расслабляются, и нездоровая дрожь отпускает.

Смелые руки и уверенные губы. Я снова оказываюсь прижата к стене, а он впечатывается в меня своим напряженным телом. Слегка прикусывает нижнюю губу и отпускает, давая возможность вздохнуть, ведет носом по моей скуле и ниже, чтобы следом впиться жалящим поцелуем-укусом мне в шею. Туда, где как сумасшедшая бьется венка.