Так вот почему он там тоже был.
— А дальше, через время, произошёл инцидент в доме Оэ, а если точнее — в роде Имагава. Некая Нанака Имагава покончила жизнь самоубийством. И это был бы обычный случай, на который мало бы кто обратил внимание, если бы не записка, оставленная ей. В этой записке она рассказала о том, что было между вами. А следом за этим все хоть как-либо причастные к этому начали копать про это и в итоге нашли доказательства её слов и вашей связи. Причиной же своей смерти она указала в записке то, что тебя больше нет. Хотя на деле все прекрасно понимали, что причина была не одна — все знали, сколь плохие отношения у неё были со своим родом, так что очевидно, что её род изменил причину в записке на ту, которую им выгодна. А на нас посыпались лишь лишние вопросы и проблемы, с которыми теперь вынужден был уже справляться отец, который и без того никак не мог отойти от утраты Мияко. Ему было слишком трудно, и в какой-то момент он переложил всё на меня, сам при этом оставаясь главой рода лишь для вида, потому что просто не мог официально переложить это бремя на меня.
Нанака Имагава так же была среди тех людей в том месте, появившись в какой-то уже незаметный для меня момент.
— Со временем наш род из великого и богатого, из-за всего этого, свалившегося на нас, стал превращаться лишь в имитацию того, что было раньше. Мы не стали бедняками и не утратили влияние совсем, но то, чем был раньше наш род, и то, чем он является сейчас, — это две совершенно разные вещи. И всё это — из-за тебя.
— Ясно…
— На этом, значит, всё? — Поднял он голову, мрачным взглядом окидывая фигуру, что еле поднялась со стула.
— Да, — ответил он, с трудом шагая к двери. — Прощай…
— Мияко в порядке? — Неожиданно даже для себя спросил парень, глядя, как этот человек уже выходит из его кабинета. — Где она?
— Она в порядке. Скоро мы будем вместе…
— Будете? То есть всё это время вы не были вместе?..
На этот вопрос он ответа уже не получил.
Дверь школьной крыши открылась, и из неё вышла молодая красивая девушка лет шестнадцати, одетая в школьную форму с в меру коротковатой чёрной юбкой, идеально белой рубашкой, аккуратно заправленной под юбку, бережно уложенным красно-чёрным галстуком и надетым сверху чёрным пиджаком.
Попав на крышу, она уже привычно быстро осмотрелась, после чего, найдя взглядом желаемое, медленным шагом направилась к этому, поправляя развивающиеся на ветру длинные бело-сероватые волосы, что, даже будучи уложенными в аккуратную причёску, всё равно разлетались во все стороны, нарушая её причёску и общий образ вежливой, аккуратной и ухоженной девушки, отчего она явно только сильнее раздражалась.