Бродячих собак и крыс способ погребения низших сословий обеспечивал постоянным потоком пищи. Тихий Му как-то поведал землянину, что людоедство и среди нищих встречается, но всё же оно было редкостью.

На кухню попаданец не пошёл. Фрукты он высыпал в ямку, найденную в парке, оглядевшись перед этим, не видит ли кто, засыпал их ногой смесью земли и листвы, а корзину оставил там же под чёрной лестницей, откуда взял дождавшееся его со вчерашнего дня ведро.

Тут кто-то уже успел за это время побывать, причём, совсем недавно. Нос Игоря почувствовал свежий запах мочи.

— Засранцы. Нет, зассанцы, — прокомментировал попаданец своё мнение о местных слугах и направился с ведром к колодцу.

Придворные пользовались для отправки нужды погаными вёдрами, а для прислуги имелись туалетные комнаты, вот только бежать до них порой было далековато, поэтому рабы часто гадили в местах, где их никто не видел.

И в Приарском замке, и в гирфельском дворце правительницы раньше, если пройтись по закуткам, тоже можно было нарваться на подобное безкультурие, но драконовскими методами от этого удалось избавиться. Игорь не сомневался, что и здесь вскоре будет наведён порядок.

— Где у вас тут можно половую тряпку найти, — спросил он у заморенной служанки среднего возраста, которой помог набрать воды из колодца.

— Пойдём со мной, если нужно, — ответила та, — У нашего старшего есть. Что-то пролил?

— Хуже. Просыпал и натоптал. Хозяйка прибить грозится.

— Ты не графине Гаре служишь?

— Ей, кому же ещё? — Егоров шутливо подумал, что королевская любовница вправе требовать от него выплат за использование её имени как бренда, — Куда идти?

На вопросы о графине Игорь отвечать не стал, хотя мог наболтать какой-нибудь ерунды. Но он и так часто пользуется Гарой для прикрытия, так зачем ещё и возводить напраслину?

Рабыня на ответах не настаивала. Что случается с излишне болтливыми слугами попаданец вчера мог здесь наблюдать на примере своего вчерашнего помощника.

Не исключено, что и пять минут назад мимо землянина несли того, кто когда-то не просто слишком много знал, но и не держал язык за зубами. Вряд ли, конечно, это так, однако, не исключено.

Старшего, про которого сказала рабыня, в длинной как коридор хозяйственной подсобке, заполненной всяким хламом, на месте не оказалось. Женщина без долгих раздумий сама выделила новому знакомому кусок совсем уж старой тряпки.

В мире, где, кроме Приара, везде ткачество кустарное, на мытьё полов ткань идёт только когда совсем уж превращается в ветошь.

«Изумительный вопрос: отчего я водовоз?», — когда Игорь поднимался по лестнице, в голове у него возникла песня из какого-то старого советского фильма. Сам землянин то кино не видел, но мотив и слова знал от деда, любившего иногда их напевать.