Слава Порядку и Хаосу, что у бежавшей наспех Латаны подобных древних одежд не имелось, а Тания и вовсе досталась попаданцу бесприданницей, если не считать за наследство её старого и наглого раба Гештика. Так и тот был куплен на деньги Игоря.

Попаданец тщательно домыл весь участок коридора и собирался приступить к повторной чистке коридора — Егоров в этот момент дошёл, точнее, дополз на коленях, подтаскивая за собой ведро, до угла — когда увидел приближающегося к нему в сопровождении пары гвардейцев короля Вернига Второго.

Конечно, Игорь брата Латаны в лицо не знал, но кто может идти таким наряженным в сопровождении королевских солдат к покоям графини Гары с короной на голове?

Прижавшись к стене, граф Приарский сплёл портальное заклинание и наложил его на тумбу с орлом. Когда король и его маленькая свита подошли к повороту, Игорь открыл путь к ловушке. Арку портала и каменный карниз над пропастью был виден только попаданцу. Верниг и гвардейцы спохватились только в тот момент, когда полетели вниз.

Магия не подчиняется законам физики, поэтому ударившие Игоря по перепонкам истошные крики падающих с огромной высоты людей тоже никем во дворце услышаны быть не могли.

Встав с колен, бывший спецназовец ещё дважды сплёл заклинания — одним закрыв портал, другим его уничтожив — взяв в руки ведро с грязной водой и тряпкой, посмотрел на результаты своего труда, и уборщика, и диверсанта. Остался доволен. Никаких следов цареубийства, а пол блестел так, как, наверное, ни разу не сверкал с момента своей укладки.

«Надоест быть аристократом, пойду в поломои, — с иронией подумал землянин, — Такого отличного специалиста с руками оторвут».

Игорь спустился на задний двор, выплеснул из ведра воду, поймал пробегавшую мимо него из конюшни в направлении одного из флигелей девчонку-рабыню и узнав, что та пока задачи не имеет, сделал угрожающее лицо и потребовал от неё отнести тряпку в хозяйство уборщиков, а ведро на кухню.

Пугать ребёнка, конечно, было не совсем хорошо, однако, Егоров вновь откупился, дав девочке самую мелкую медную монету в один тал. Засветившееся от счастья лицо маленькой рабыни успокоило совесть землянина.

Праздношатающийся слуга мог привлечь ненужное внимание, поэтому бывший спецназовец взял возле складской постройки одну из примеченных ещё вчера мётел и направился по дорожке, ведущей к дворцовому порталу.

Там ему пришлось поработать и дворником, пока миловавшаяся пара — молодой кавалер и придворная дама бальзаковского возраста — не натешились в объятиях друг друга и не ушли, даже не посмотрев в сторону усердного слуги.