— Господин, мы от генерала Лойма, — доложил первый в звании лейтенанта.

— Я понял, что от него, — Игорь передумал соскакивать на землю, с седла было лучше видно происходящее на поле боя, и растущие впереди кусты дикой смородины нисколько не мешали, — Рассказывай. Не спеши. Подробности мне тоже интересны.

Офицер принялся докладывать о происходящем в центре, пока граф Приарский наблюдал, как его кавалерия, пользуясь внезапностью и численным превосходством — а к четвёртой, если считать от севера, переправе ригасские командиры прислали отряды, общей численностью также, как и к пятой, не превышающей тысячу мечей — в конном строю начали рубить врага и теснить его к Нуже, вдоль берега которой держался плотный строй батальона лэна Артинера.

Действительно, основные свои силы — не менее шести тысяч, по оценке Лойма — враг бросил к центральному броду, тому, что находился рядом с сожжённым мостом.

Полутысяча гирфельцев, успевшая к тому времени с помощью онагров разбить выставленный заслон и занять небольшой плацдарм на восточной стороне Нужи, удара столь мощных сил не выдержала и отступила обратно на свой берег.

Причём, большинству батальона пришлось переправляться уже по плечи в воде, так как державшие лодки и настилы горожане и крестьяне в страхе разбежались, разрушив тем самым переправу.

Последовать за противником ригасцам помешала артиллерия, расчёты которой проявили буквально чудеса скорострельности, внеся смятение в ряды атакующих.

Во многом свою роль сыграло и то, что первым же залпом на излёте два ядра попали в штабной отряд, кого-то там важного прибив.

Замешательство ригассцев дало время батальону и егерям занять оборону вдоль кромки воды, а генералу Майену подвести резервы.

— Граф сразу же отправил нас к тебе, маршал, — завершил доклад лейтенант, — Когда мы отъезжали, наступления ригов ещё не начиналось — наши метатели всё никак не давали им организовать колонны — но сейчас уже наверняка рубилово идёт. Их много больше, они не отступят, будут переть бродом. И злы очень.

— Мы не добрее, — хмыкнул Игорь, — Сержант, — он положил руку на локоть гарцевавшего рядом Лепестка, — скачи к полковникам, пусть дадут противнику коридор для бегства, всё одно дальше лагеря не убежит, а сами немедленно двигаются дальше.

Задержка всё равно произошла. Довести приказ до Битнига и Тумнера оказалось мало, обоим полковникам пришлось приложить немало усилий, чтобы придержать поймавших боевой кураж воинов и оттянуть их назад, чтобы между полками образовалось пространство, достаточное для выхода остатков вражеских дружин.