– ...Мама, – говорил незнакомый голос. – Я же ему сказала, что у меня есть дом под Питером. Между прочим, это правда.

– Так-то оно так. – отвечала бабушка. – Но живём-то мы с внучками в этом доме. И переезжать я никуда не собираюсь.

– Ну всего на несколько недель! А потом после моей свадьбы вернётесь...

– К твоему ухажёру? Нет, Алиса и не проси. И потом, хоть немного подумай о девочках. Они растут на природе, в собственном доме и я что, должна буду увезти их в пыльный город? В двухкомнатную квартиру?

– Ну, мама, это же не навсегда и ненадолго. Может, мы с ним потом вообще вернёмся в Крым.

Асе стало скучно и она толкнула дверь. Бабушка, сидевшая лицом к двери улыбнулась:

– Тебе что-то нужно, милая?

– Пить.

Бабушка вышла на кухню. Женщина за столом равнодушно посмотрела на Асю и отвернулась окну. Ася попила и вернулась в спальню. Прошло несколько дней, и бабушка объявила, что пора собираться – они переезжают в Питер.

Ася на новом месте обжилась быстро: нашла себе новых подруг, которых здесь было гораздо больше, чем в посёлке. А Люся никак не могла привыкнуть к новому месту – всю свою жизнь она провела в собственном доме с участком. И в двухкомнатной квартире она чувствовала себя стеснённой. Похоже, что и бабушка не сильно была довольна переездом. Она всё куда-то названивала и интересовалась скоро ли они смогут вернуться, но в трубке слышалось: "После свадьбы". Прошла свадьба, и срок переезда стал откладываться на неопределенное время, наконец, бабушке надоели все эти откладывания, она просто махнула на это рукой. И звонки прекратились.

Через четыре года Алиса, мать Аси и Люси, умерла от воспаления лёгких. И только бабушка с внучками собралась, к радости Люси, возвращаться в дом, как вдруг выяснилось, что та часть, которая была записана на Алису, оказалась переписана на её второго мужа, остальные две части, записанные на сестёр, были не тронуты. Вскоре в питерскую квартиру заглянул и Дмитрий – второй муж Алисы. Молодой и вежливый мужчина, весь в чёрном. Он ушёл с бабушкой на кухню и там долго с ней разговаривал.

– Я знаю, что Вам сейчас трудно – начал он. – Поверьте мне не легче. Но всё же мы должны жить дальше, и я готов предложить Вам помощь.

– Никакая помощь мне не нужна! – перебила бабушка. – Можете уезжать!

– Извините, но Вы даже не дали мне закончить. Я знаю, что ваши внучки долгое время прожили не в Питере, а под ним, в частном секторе, и я предлагаю им вернуться обратно.

– Никуда я их не отпущу!

– Это и необязательно. Возвращайтесь втроём. Я знаю, – добавил он быстро, словно боясь, что его перебьют. – Как Вы ко мне относитесь. Но на чём основано Ваше ко мне неприязненное отношение? Я не сделал Вам ничего плохого, и наоборот, предлагаю Вам сейчас помощь. Да, нам будет, может быть, нелегко найти сначала с Вами общий язык, но подумайте о девочках. Неужели им будет лучше расти и жить в переполненном машинами городе, а не на свежем воздухе? Ну или, если Вы всё ещё сомневаетесь, давайте спросим у них.