Но настолько активная и подвижная аура, да еще и у необученного человека, Веньхуа повстречалась впервые. Пожалуй, даже в прошлом мире ордена и секты были бы готовы подраться за ее обладательницу, а в этом и говорить нечего. Если бы люди, обладающие духовным зрением, не являлись тут почти такими же редкими обитателями, как единороги, то девочку уже давно забрали бы в ассоциацию прорицателей. Сейчас она находилась в самом подходящем возрасте для обучения на заклинателя — от одиннадцати до тринадцати лет. Впрочем, как показала практика, в ученики можно взять и тех, кто постарше, например, как вышло с Чжоу Баем.
По идее, он был уже староват для азов заклинательства, но все-таки смог пробудить в себе способности. Веньхуа подозревал, что это из-за его злодейской роли. Благодаря ей, у парня все-таки имелись некоторые задатки, да и аура отличалась от обычных людей. Вот поэтому он и взялся его обучать, в то время как Хаммеру, который фанател от всего сверхъестественного, он даже не стал предлагать ничего такого. У этого студента археологического факультета не имелось ни малейшей предрасположенности к совершенствованию, да и характер был слишком ленивым, вряд ли бы он смог тренироваться каждый день.
Когда дети переоделись и были готовы к съемкам, заклинатель вновь нашел взглядом необычную девочку. Та оказалась самой красивой в группе детей, правда, назвать ее «милой» или «куколкой» ни у кого язык бы не повернулся. Девочка была достаточно бледной и длинноволосой, чтобы вписаться даже в древние стандарты красоты, поэтому стилистам не пришлось особо над ней трудиться, в то время как многим другим детям накладывали макияж, чтобы скрыть веснушки или слишком явный загар.
Первая сцена с детьми была довольно простой. Собственно, им нужно было всего лишь сделать то, что они обычно делали в школе — просто сидеть в классе и смирно слушать учителя. От повседневной жизни тут отличались только декорации и тема урока. Для создания более дружелюбной атмосферы, Лань Веньхуа сначала познакомился с классом и узнал, что таинственную девочку зовут Ло Сюэфэн. Причем последний иероглиф в ее имени оказался таким же, как как в названии разновидности монстров фэн из китайской мифологии, но это почему-то никого не смущало, впрочем, современные дети могли и не знать таких тонкостей. Получившееся слово было созвучно с одним из распространенных женских имен, однако все равно удивительно, как девочку удалось зарегистрировать под ним, ведь в Китае довольно строго следили, чтобы детям не давали странные имена, имеющие негативные значения. Раньше было принято называть новорожденных как-нибудь неприглядно, например, собачьими объедками, чтобы на них не позарились злые духи, но сейчас партия всячески боролась со средневековыми предрассудками.