Артур зашел в корпус как был — в шлеме и перчатках, охрана показала одобрительно два больших пальца, оба — правой руки, солидно поинтересовалась мощностью и скоростью, завистливо, но без злости, присвистнула, узнав о трехстах км в час и двухстах лошадках, и обещала за небольшое подношение в размере двух упаковок баночного нефильтрованного проследить, чтобы агрегат никто не трогал.

— Вот парень, с понятием, — первый охранник кинул взгляд на маленький холодильник, пиву там еще до вечера стоять. — Не то что некоторые.

— Ага, — второй достал солидный бутерброд из разрезанного вдоль батона, сливочного масла и колбасы. — Говорят, у него с Машкой роман.

— Да ты что? С внучкой главврача?

— Ага, — повторил второй. — Теперь неизвестно что будет, девку-то потрепало.

— Жаль ее, молодая еще такая. — Первый достал сматрфон, углубился в чтение новостей — рабочий день начался, посетителей в понедельник утром не то чтобы мало, но время своими делами заняться есть.

— Ага, — в третий раз сказал второй, впиваясь зубами в бутерброд.

Маша меж тем даже не икнула — она проснулась все в той же палате час назад, уже успела позавтракать и даже хотела выйти на рабочее место, но дед запретил, велел до среды даже и не думать об этом. Можно было бы отлежаться дома, но в воскресенье приезжали мать с отцом, и у родственников состоялся серьезный разговор. Настолько серьезный, что дед орал минут пятнадцать, а мать от него не отставала. Они припомнили друг другу все грехи, даже такие, о которых Маша не догадывалась. Судя по виду отца, скромно сидевшего в стороне, для него тоже некоторые факты стали откровением.

Дед буквально вытолкал мать за дверь, приказал охране повесить ее фото на пропускном пункте и под страхом увольнения ее сюда не пускать, тепло попрощался с зятем и устало присел рядом с внучкой.

— Вот же дал бог дочку, — вздохнул он. — Ты вон — красавица, да-да, дядя Лева все сделает как надо, к тому же умница, а мать твоя, не при тебе будет сказано… И как только Семен с ней живет? Да, что она там визжала про Марка?

— То, что он пропал?

— Это я знаю. Жаль, такой перспективный молодой человек был, да не морщись, никто тебя за него замуж бы не отдал. Но не чужие же люди для нас. Про его мать и меня только болтают всякое, никогда между нами ничего не было, она для меня как еще одна дочка, первая аспирантка. Про коттедж что говорила?

— У Марка коттедж оказывается был под Москвой, по Каширке. Я там была на прошлой неделе, вместе с Павлом и этим его братцем новеньким.

Иосиф Соломонович внимательно выслушал рассказ внучки, даже вопросы позадавал, особенно его заинтересовал приезд Пашиной матери, насчет Индии он знал, а вот то, что она про другого ребенка Анатолия была в курсе, первый раз слышал.