— Послушайте, — Артур встал с кресла, — я не навязываюсь. Вот только среди ваших клиентов есть два типа людей. В основном.

— Это какие? — директор заинтересовался.

— Первые ходят на процедуры от безделья. С массажистом потрендеть за жизнь или политику, чтобы парень красивый за жопу потрогал, или девка там поелозила. Мануальщики, опять же, им не для дела нужны, а чтобы почувствовать свою заботу о здоровье, ну и его, здоровье это, пообсуждать. Косметолог кожу разгладит, и в это же время о делах семейных поговорит.

— Так. А вторая?

— А вторая — те, кому действительно помощь нужна. Они и боль на массаже терпят, и когда суставы хрустят — молчат. Не у всех же шальные деньги, есть и те, кто сам заработал, они фуфло в красивой обертке не купят.

— Тут ты прав. Мало таких, но есть. И что ты можешь предложить? Не фуфло?

Артур на секунду задумался.

— У вас девочка на ресепшне стоит, у нее прыщара такой здоровый на щеке, пластырем заклеила.

— Вероника? Да, на работу не хотела выходить. Но сейчас клиентов мало, на прыщ мало кто внимания обратит.

— Могу убрать.

Директор постучал карандашом по столу, поднял трубку.

— Вероника, зайди. И Тимура позови.

Через минуту появилась девушка, с ней невысокий мускулистый парень в футболке и шортах.

— Да, Геннадий Павлович.

— Проходи, садись. А ты, Тимур, пока постой.

Девушка подошла, села напротив Артура. Вопросительно посмотрела на шефа.

— Вот этот парень, — Серов кивнул, — божится, что твой прыщ выведет за минуту.

Вероника покраснела. Даже чуть привстала с кресла, чтобы уйти. Тимур привалился к косяку и чуть ли не ржал.

— Сидеть, — распорядился директор. — И не дергайся. А ты, эскулап, давай, покажи. И хуже не сделай, а то мы тут всем клубом обидимся. Вон Тимурка уже дергается. Ты чего?

— Плачу, — пооткровенничал Тимур. — Даже нет, рыдаю. Генадий Палыч, чего за спектакль? Это тот Артур, про которого в качалке говорят?

— Он самый, — Геннадий Павлович посмотрел на Артура. — Ну что, знаменитость, тебе надо что-то? Пациентку зафиксировать?

— Я сам, — улыбнулся Артур.

Поднялся с кресла, обошел стол, подошел к Веронике сзади, положил руки на плечи. Девушка дернулась, но парень держал крепко. Наклонился к ней поближе, сказал:

— Сейчас я тихонько дотронусь до твоей щеки, только не дергайся, ладно? Больно не будет. Договорились?

Вероника отчего-то успокоилась, кивнула, закрыла глаза.

— А ты ходок, парень, — заметил Серов, — смотри как девушку обаял сразу. Учись, Тимур. Эй, ты чего, даже пластырь не снимешь?

Артур покачал головой, поднял руки, потер ладони, встряхнул пальцами, одну руку положил девушке на макушку, другой накрыл пластырь, подержал несколько секунд. Убрал.