Канцлер подскочил.
— Армию поднять! Тревога! Все полки в ружьё! Бегом!
Он обернулся. Генералы сидели на стульях, сложив руки на коленях.
— Почему вы сидите⁈ — взвыл Дорджи. — Поднимайте дивизии!
Седой Тондуп пожал плечами.
— Бесполезно же.
— В каком смысле — бесполезно⁈ У нас пятьсот тысяч штыков! Новая горная техника! Оборона на перевалах!
Начальник штаба водил пальцем по экрану своего смартфона.
— А вот, нашёл свежие данные по открытым источникам. Численность регулярной армии Китая в спокойном мирном состоянии — четыре миллиона пятьсот тысяч бойцов. В случае возникновения неприятных ситуаций мобилизационный резерв увеличивается до семидесяти пяти миллионов.
Дорджи открыл рот, в глазах потемнело.
— Так… так а чего ж они сразу это не написали⁈ — простонал канцлер, хватаясь за виски.
— Ну, они написали, — всхлипнул из-под стола Церинг. — Вы же не дочитали.
Дорджи опустил руки и выдохнул со свистом.
— Сука… Четыре предмета. Четыре каких-то долбаных музейных горшка… Просрать страну за пятнадцать минут…
Канцлер махнул в сторону дверей.
— Делайте что хотите.
До своего кабинета он добрался, шаркая по каменным плитам длинного коридора. Чувствовал себя мерзко и цеплялся за надежду, что китайцы сдержат слово: заберут безделушки и уйдут. Ещё полчаса назад собирался войти в учебники великим завоевателем. Теперь сам себя считал круглым дураком.
В кабинете он рухнул в кожаное кресло, обхватил голову руками и уставился на пустую столешницу.
Скрипнула дверь. На пороге появился Карма, министр иностранных дел, в строгом костюме. Ещё накануне этот подтянутый дипломат категорически возражал против нападения на Сикким.
Карма прикрыл дверь и остался у порога.
— Неприятно, да? — спросил он. — Вот и той стране, на которую мы собирались напасть через восемь часов, наверное, тоже было бы крайне неприятно. Согласны?
Дорджи поднял на него воспалённые глаза.
— Ну я-то хотел как лучше… Блин, да все хотели! Слушай, Карма, выйди к китайским друзьям… товарищам этим выйди навстречу. Может, ты разрулишь? Ты ж всё-таки дипломат с тридцатилетним стажем.
— Да нет уж, — Карма сложил руки на груди. — Вы лично нажимали на кнопочку в телефоне. Я здесь совершенно ни при чём.
— Послушай… Ну заберут они эти свои горшки или что там им нужно. Уйдут же, сами обещали! А мы всё-таки продолжим то, что планировали? Войска-то наши в полной боеготовности, гарнизоны на границе не тронуты. Там же не так тяжело, перевал перемахнуть — и победа.
Министр долго смотрел на него.
— Вы что, вообще дурак?
Дорджи вскинулся.
— Ты как разговариваешь с Верховным канцлером⁈ Слова подбирай!