По правде говоря, я уже давно планировал этот санаторий. Такое место станет идеальным прикрытием для моих медицинских технологий. Но я прекрасно понимал, что здание будет отличной мишенью. Мои дроны пока не могли остановить танковый снаряд или ракету, пущенную издалека. А внутри будут люди. Мне нужна была «политическая крыша», гарантия неприкосновенности.
Троицкий помолчал, обдумывая предложение.
— Санаторий… Что ж, это весьма интересно. Людям нужно лечиться. А если лечение действительно такое эффективное, как ваши дроны… В общем, хорошо, я согласен. Санаторий будет под моей защитой.
Мы пожали руки. Когда князь сел в свою машину и уехал, ко мне подлетел невидимый до этого Сириус.
— Повелитель, зачем вы согласились? Зачем нам этот балласт в виде сотен больных горожан ежемесячно?
— Ты не понимаешь политики, железяка. Как бы ни был силён род Троицкого, его рейтинги в городе падают. Народ устал от аристократов. А если он начнёт отправлять простых работяг на чудесное исцеление… он купит их верность с потрохами. Сам-то я не особо верю в эти препараты, которые нужно вкачивать в вены, чтобы быть здоровым. Я предпочитаю технологии и наноботов. Но для обычного жителя, который не может получить доступ к моим технологиям напрямую, эти сыворотки из чудо-травы кажутся магией. И мы дадим им эту магию. А Троицкий обеспечит нам крышу.
Я вернулся в имение Башатовых уже под утро. Глава рода Станислав не спал, сидя в своём кабинете, обхватив голову руками.
— Доброе утро, — сказал я, входя. — Ну, чего грустим?
— Всё пропало, Феликс, — поднял на меня красные глаза он.
— Да ладно? Опять? Что на этот раз?
— Два крупных инвестора отказались от сотрудничества, испугавшись санкций Барышникова. Мои проекты под угрозой заморозки. А мне нужно было этими деньгами оплатить поставки оружия и техники для рода. Война жрёт ресурсы, Феликс. И если я не заплачу, нам нечем будет отбиваться.
— Хм-м… — я сел напротив. — А продать что-нибудь ненужное?
— Что⁈ У меня куча объектов по всему городу, готовых и недостроенных. Но из-за врагов никто не хочет их брать, потому что все боятся. Продать что-либо сейчас нереально, даже по себестоимости. Мы в блокаде.
— Дай-ка сюда список.
Башатов пододвинул мне толстый журнал учёта имущества. Я пролистал его. Склады, офисы, жилые дома… Ого, какой объём! Мой взгляд зацепился за одну строчку: «Лечебно-оздоровительный комплекс Сосновый Бор. Готовность 95%. Отделочные работы».
Я вырвал листок из журнала.
— Я куплю его у тебя.
— Ты… купишь? — удивлённо посмотрел на меня Башатов.
— А что такого? Мне нужен санаторий. Тебе нужны деньги. Идеальная сделка.