Жертвоприношение, говорю вам, это жертвоприношение, — возбужденно бубнил толстяк с неряшливой физиономией любителя гамбургеров.

Все сразу почему-то стали вспоминать гигантский ледник, накрывший Италию, связывая это с поглощением душ.

Не оставили без внимания мое окружение. Вспомнили о таинственном британце (привет Престону), что уже много лет стоит в тени могущественного принца Ледяных Владык. Прошлись по Ласке (в основном по поводу ее отвратительного вкуса в одежде), уделили время Острову и наместнице Каре, подчеркнув, что не разделяют традиции кланов о личных владениях (тут же поспешно оговорились, что ничего не имеют против данного феномена и не протестуют о его применении на практике).

Когда упомянули Михаила и Сварог-групп, блондинка на секунду замешкалась, прижимая пальчик к уху, затем решительно оборвала выступающего на полуслове, переведя беседу на другую тему. Прилизанный хмырь в голубом пиджаке так и застыл с открытым ртом, не ожидая нападения с «дружеской» стороны.

Я усмехнулся. Ясно, продюсер приказал не лезть в бизнес-структуры, а то мало ли.

Михаил не Кара и не Ласка, и даже не Престон. Деловая репутация охраняется строго.

Если первым трем, по сути плевать на то, что о них говорят какие-то ничтожества из телевизора (если только не оскорбляют впрямую — повод для предъявлений серьезных претензий), то управляющий Сварог-групп четко следит за окружением фона не только себя самого, но и за репутацией компании, тесно связанной с его именем.

Стоящие в стойке на низком старте крупные юридические конторы только и ждут отмашки, чтобы засудить очередного лопуха, неосторожно бросившего тень на одного из крупнейших в мире финансово-промышленных конгломератов.

Прецеденты случались. Выплаты в пользу компании за нарушение делового имиджа и создания репутационных потерь исчислялись цифрами с большим количеством нолей.

И об этом прекрасно знали. И остерегались.

— Трусливые крысы, только за бабки бояться. Оторвать бы вам всем башку, бараны безмозглые, — я с отвращением скривился.

По краю сознания скользнула тень раздражения. Желание перебить всю эту камарилью всколыхнулось легкой волной. В голове мелькнула заманчивая мысль устроить так чтобы, все журналюги из светской колонки новостей столичного бомонда (да и остальных участников этой бесполезной тусовки тоже) оказались в закрытой зоне карантина. А потом посмотреть, как уродцы забегают.

— Бесполезные ублюдки, порешить бы вас всех разом, — уже с ленцой протянул я, отлично понимая, что на место убывших сразу найдется десяток замены.