Короче говоря…

Биопанк как он есть.

Живой лабиринт непонятных ходов, абсолютно бессмысленный и рандомный. Однако таким его видели не только мы. Чтобы хоть как-то ориентироваться в этом звиздеце, — раз уж их здесь заперли, — солдаты ВСЁ любезно развесили вдоль стен указатели.

Что такое «Зона 1», «Зона 2», «Зона 38» и так далее и тому подобное — совершенно непонятно, да и хер с ним. Главное, что повсеместно висели два повторяющихся указателя: «Столовая» и «Арсенал».

От первого указателя откровенно тошнило. Причём не метафорически, а прямо вот взаправду к горлу подкатывало… не представляю себе, чтобы я смог усвоить пищу внутри этой хаоситской твари.

Зато вторая вывеска, — «Арсенал», — вселяла надежду на то, что операция пройдёт быстро и безболезненно.

Туда-то нам с Лёхой, собственно говоря, и надо.

Военная бюрократическая машина вряд ли позволит своим винтикам шататься с ценными артефактами просто так, так что лежат они сейчас под стеклом и ждут своего часа. А тут мы. Взяли, спёрли и пошли. Ну… во всяком случае, я очень на это надеюсь.

Долго ли, коротко ли, по пути к арсеналу мы нарвались на наш первый патруль. Ничего особенного, просто два долдона в такой же форме, что и на нас с братом.

— ВСЁ! — крикнул один из долдонов и прижал кулачок к сердцу.

Мы повторили.

Приветствие, скажем так, не удивило. Всё как везде, всё как у всех. Уверен, что такими основополагающими вещами, как символика, Ларс занимается лично. И вот тебе, паскуда, камень в огород: скучно! Фантазии ноль!

— ВСЁ, — повторили мы с Лёхой приветствие и двинулись дальше.

— Знаки отличия, — спустя несколько секунд шепнул мне Лёха. — Заметил?

— Не-а.

Тогда Лёха похлопал себя по плечу. На его погонах был нарисован один сиротливый кружочек, хотя места там хватало минимум на десять. Увы и ах, мои знаки отличия от Лёхиных ничем не отличались. Экскузьмуа за тавтологию.

— У тех ребят было по два кружочка, — сказал брат.

— Чем больше, тем лучше, получается? Ну то есть… старше по званию?

— Наверное, — Лёха тяжко вздохнул. — По всей видимости, мы совсем лохи…

Брат так расстроился, как будто бы и впрямь рассматривал для себя военную карьеру во Все-Вселенской Империи. Порасстраивался-порасстраивался, а затем вдруг предложил странное:

— А давай мы твои сорвём? Типа, героически потерял в бою?

«План — говно», — хотел было сказать я, но Лёха уже схватился за мои погоны и рванул вниз. И по какому-то удивительному стечению обстоятельств, треск ткани потонул в протяжном вое сирен. Тут-то я и заметил матюгальники, которые были развешаны в самых тёмных углах.