Итак…
На фоне льда и льда, а потому на совершенно непонятном расстоянии, — иногда даже мой идеальный глазомер подводит, — стоял гигантских размеров ледокол. Реально гигантских. Если пропорции окон верхней палубы выдержаны Архитекторами один к одному с человеческими стандартами, то его длина не меньше полукилометра.
Можно было бы подумать, что пустой заброшенный ледокол — это именно что локация. И что нам придётся сражаться с хаоситами по трюмам, каютам и прочим кубрикам, — заранее прошу простить мне мою морскую терминологию; не шарю.
Но!
После Каринского рифта я почему-то был уверен, что выдумка Архитекторов простирается гораздо дальше, и что это действительно судно.
Вменяемых деталей хватало:
Вздыбившийся острыми колючками лёд рядом с носом корабля, наполовину вмёрзшие винты сзади, да и общий внешний облик судна походил на то, что я видел в родном мире.
Однако невменяемых, как несложно догадаться, было больше. Первым делом в глаза бросался колокол. Огромный. Под стать кораблю. Думается мне, что высотой он был с трёхэтажный дом, не меньше; по сравнению с ним знаменитый Царь-Колокол — так… херня… колокольчик для вызова прислуги.
Закреплён он был по центру верхней палубы на хитрой металлоконструкции, чем-то напоминающей Эйфелеву башню без верхушки. Так что ледокол был не столько ледоколом, сколько… э-э-э… колоколовозом?
Ещё одна странность заключалась в якорях. Да, да, именно «якорях»; во множественном числе. Только лишь по тому борту, который был обращён к нам, я насчитал порядка сорока штук. И вот опять! То ли это баг Архитекторов и позор на их седины за то, что не разобрались в предмете, либо же деталь головоломки.
Ну и последнее — это гарпуны. Маленькие? Ну конечно же нет! Всё на этом корабле настырно стремилось к гигантизму.
Палуба буквально ощетинилась здоровенными китобойными гарпунами. Хотя… Китобойными — это я, конечно, не подумав ляпнул. Такой дурой кита не просто загарпунишь. Такой дурой ему добрую половину мяса вынесешь к чёртовой матери. Всё равно что в пескаря из подводного ружья шмальнуть.
— Итак, — пританцовывая от мороза, сказала Соня. — Что думаешь?
— Самое очевидное — освободить его ото льда и сдвинуть с места.
— Тоже об этом подумала.
— Но самое очевидное решение, — я продолжил свою мысль, — не обязательно должно быть верным.
— Слушай… Если самое очевидное настолько сложно в реализации, может оно всё-таки и есть верное?
— А может быть…
Колокол, якоря и гарпуны — вот чем наш мозг будет занят в ближайшее время. Так. Надо бы спокойно присесть и набросать варианты. В идеале даже записать их, но для начала…