А затем настал момент критического напряжения и абсолютного расслабления. Гришины руки почти на рефлексах сделали финальный жест, а сознание отпустило весь поток сплетённого чародейства, обрушив его на нагое тело неюной, но прекрасной девы.

Преобразованная чарами мана буквально хлынула из Гриши, опустошая его. Он чувствовал, что эти чары буквально иссушат его и без того истощённый магический запас. Но такого он не ожидал.

Тонкая струйка крови потекла у него из носа, а голова жутко закружилась, ноги тут же обессилили и с трудом держали его. У парня создалось ощущение, что ещё немного, и он просто упадёт в обморок, тем самым невольно прервав обряд. Но нет. Григорий держался. Отдавая те крохи, которые у него всё ещё были при себе.

Конечно, Гриша мог бы и не напрягаться столь сильно. Отпустив всё на самотёк и потеряв сознание. Но в этом случае он опасался худшего. Ведь в случае потери сознания заклинателем, вампирша могла оказаться неполноценной или и того хуже бесконтрольной. И здесь несложно было представить, чтобы могло произойти во втором случае. Как в прочем и первом.

Но Григорий выстоял. Сознание всё ещё твёрдо держалось в нём, когда последние стяжки заклинания вернули ухваченную им душу девы по имени Льяйс в столь знакомое и одновременно чуждое ей тело.

— Я жива⁈ — Громыхнула в сознании девушки, ошарашившая её мысль. — Да! Я действительно жива! — Подумала она, понимая, что мысли вновь проистекают в её голове привычным ей путём.

С опаской открыв глаза и увидев, что находится в той же комнате, в которой потеряла сознание, Льяйс всё также мысленно отметила, — значит теперь я упырша?

В этот момент девушке даже в голову не пришло, что из неё могли поднять кого-либо более значимого, чем из её товарищей, которых Григорий поголовно всех превратил в упырей. — Кровососиха значит. Ну… могло быть и хуже. — Размышляя так, девушка не торопилась вставать. И в тоже время никто не требовал этого, отчего она немного насторожилась. — Я здесь что, одна? — Подумала она, присаживаясь и оглядываясь по сторонам.

— Так ещё и абсолютно голая⁈ Что он со мной делал⁈ — Пронеслось в голове девушки, когда она, наконец, поняла, что нагая. И здесь нужно отметить, что её товарищей Гриша тоже раздевал, но далеко не до такого состояния.

— А вот и господин, — на автомате пронеслось в голове Льяйс. Встав и обернувшись, она застала Григория сидящего на полу возле стены. Он так спокойно и неотрывно смотрел ей в глаза, что она даже зависла на некоторое время. Но уже через пару секунд, спохватившись, метнулась к своей одежде, аккуратно сложенной на грубом деревянном столе, стоявшем в углу комнаты.