— Хрень какая! — Промелькнуло в сознании Льяйс. — Может он просто меня убил⁈ Или ему не удалась попытка создать из меня упыря… Или кого он там создавал из моих товарищей?

В этот миг к девушке неожиданно пришло осознание того, с кем она столкнулась, — постой, он ведь создавал упырей без кучи жертвоприношений! Да за это его на руках должны носить… если не убьют раньше….

Но далее, когда девушка ещё раз огляделась, на неё неожиданно напала некая апатия и нежелание размышлять дальше. Что не удивительно. Любой бы, окажись он в такой вот непросветной ж… ситуации, был бы сконфужен и ошарашен. Вот и Льяйс, постепенно осознавая кажущееся ей реальным положение, начала впадать в уныние. Всё же у неё не было ни малейшего повода и даже надежды на то, что она ещё хоть раз увидит белый свет.

Примерно в тоже время, пока Льяйс отчаянно страдала от безысходности своего положения, Григорий, последовательно, формулу за формулой наносил на её бездыханное тело письмена контролирующих, усиливающих, преобразующих и множества других чар. Благодаря выверенной и быстрой работе парня, уже через полчаса, в заранее вычерченном кругу лежало обнажённое тело прекрасной девы, полностью покрытое множеством кровавых письмён, написанных мелким, но до безумия чётким почерком.

С облегчением выдохнув и выпрямившись, Гриша продолжал неотрывно смотреть на результат своей работы. Внимательный, заточенный статами глаз неуловимо быстро анализировал написанное, сверяясь с собственными воспоминаниями.

— Вроде всё в порядке, — выдал Григорий минут через пять.

Времени было немного, поэтому он быстро прошёл в изголовье девушке и, заняв уже ставшее столь привычным место, приступил к чтению заклинания. «Читаемые» им формулы, были одновременно как знакомы ему, так в тоже время не очень.

Ранее Григорий ни разу не пытался поднять вампира. Столь высокоранговая нежить казалась ему настолько недосягаемой и далёкой, что он даже не пытался этого сделать. Но в тоже время, желание было слишком явным. Всё же парень до сих пор помнил тех боссов, тела которых ему пришлось оставить в «Городе мёртвых». Да, они ему бы пригодились, ещё как пригодились бы, но реалист тем и отличается от оптимиста, что понимает предел своих сил. Поэтому Григорий ждал, пока его понимание и навыки в некромантии, сами не подтолкнут его к чему-то большему. Собственно говоря, вот он и дождался.

Заученное заклинание плелось достаточно легко и в тоже время тяжело. Грише раз за разом приходилось напрягаться всё сильней и сильней, чтобы вплести очередную формулу в общее сплетение чар. С каждым разом это становилось всё тяжелее и сложнее. Парню приходилось жутко напрягать своё внимание, буквально проталкивая чары вперёд. Но главное, ему хватало на это сил. И шаг за шагом, стежок за стежком, чары преображались в нечто более полное и явное.