— Ротой командуют олы…

— Мой приказ не обсуждается. Так и скажешь. Все вопросы пусть мне задают. В письменном виде.

Чуть не проговорился Гурсу, что тот вскоре может сам стать магом, причём с мощным источником, да вовремя прикусил язык, это ещё вилами на воде писано, хотя шанс большой.

Пути движения ротных колонн далиорцев к назначенным пунктам и соответственно места возможных схваток с патрулями и отрядами миллетцев лежали в стороне от резидентуры. Тем не менее, благородному Анду навестить чету Шеми было делом недолгим, что он и решил сделать, чтобы снять с себя груз озабоченности.

Оставив полковника руководить охраной дворца, переместился во двор особняка к Рику и Але. Из сумрака выходить не стал. Просто оценил обстановку и удовлетворённо кивнул своим мыслям. Тут всё оказалось спокойно, как он и надеялся. Ол Шеми сидел на крыльце с одним из наёмников, Гадюка устроилась в беседке, поставив одну ногу на скамью и держа меч вынутым из ножен в руке, в момент появления Андрея она сочно зевала, рядом с ней стоял на лавке кубок большого объёма, второй наёмник и пара дворовых рабов неспеша ходили вдоль ограды со взведёнными арбалетами. Разговоров никто не вёл, все внимательно прислушивались к звукам, доносившимся с соседних улиц.

Дальше терять время, чтобы показаться своим соратникам на глаза, ол Рей не стал, да и лишние люди тут присутствовали. Хотя теперь особого секрета из настоящего положения супругов Шеми можно уже не делать. Вскоре надобность в здешней резидентуре отпадёт, когда Миллет станет частью одного государства с Далиором. Однако, попаданец продумывал вариант с тем, чтобы не упразднять свои разведывательные структуры в присоединяемых королевствах. Пусть остаются неофициальными, не подчиняющимися никому кроме него, организациями, которые будут снабжать его достоверной информацией с мест.

Гадюка опять зевнула, и благородный Анд сам еле сдержался, чтобы не повторить за ней. Усмехнулся и поспешил применить заклинание сумрачного пути.

На Ратушной площади в центре было безлюдно, если не считать двух стражников, которым положено было караулить место казни, хотя там в данный момент и сторожить-то нечего было, почти. Пять металлических клеток для мучений осуждённых голодом, жаждой и насмешками зевак чуть скрипели, подвешенные на цепях пустыми. А на длинной П-образной виселице гнил лишь один труп, да и тот уже расклёванный воронами, больше похожий на скелет, чем на зомби. Приказ короля чинить расправу без судебной волокиты выполнялся в точности, и трупы теперь не украшали ворота и площади, а валялись на пустырях, в зарослях, а то и просто посреди улиц нищих районов. Жутковатое место освещалось лишь одним факелом, зато над входом трактира, расположенного на краю площади напротив ратуши, ярко светил амулет. Кабак явно относился к элитным, и там сейчас шла гулянка с музыкой и танцами. От входа в городскую управу, где ненадолго задержался благородный Анд, веселье было слышно и видно через окна. Ночью звуки разносятся хорошо.