Тут уж я не удержался и перебил богиню, при этом постарался максимально вежливым обращением сгладить свою бестактность в отношении сверхмогущественного существа:

— Простите, Великая, насчет моего покровителя, я что-то не очень понял.

На мое счастье богиня не обиделась, лишь одарила меня загадочной улыбкой, как это делают мамаши, когда их несмышлёные карапузы задают им вполне закономерный вопрос, откуда берутся дети.

— Ну так бывает, мой мальчик. Ревность свойственна разумным существам, и одаренные в этом плане не исключение. У нас-божественных сущностей точно такая же херня творится. — Для меня было странно услышать столь явную самокритику в столь откровенной форме. — Вот если бы ты убил пифона… — Марена мечтательно возвела очи Горе. Затем тряхнула своими роскошными черными локонами, будто отгоняла от себя морок. — Короче, налицо имеем умышленный саботаж, который должен существенно затормозить скорость твоего развития как мага. Жаль, конечно, но теперь спросить за эту «оплошность» уже не с кого. Но поскольку в моих интересах твое скорейшее становление как продвинутого чародея, я делаю тебе Величайший Подарок… — После этих слов Марена сделала театральную паузу. Натурально показушница и выпендрежница, короче, женщина, со всеми бабскими ужимками.

У меня не хватило терпежу ждать, когда богиня полностью реализует свой театральный талант. Пришлось немного её поторопить:

— И что же это за подарок такой, госпожа?

— Экие нетерпеливые вы смертные, — с деланной досадой в голосе отчитала всё человечество в моем лице богиня Смерти, — все-то вам тяп-ляп, лишь бы побыстрее. — Ну точно баба. Только что сказала, что наш разговор ограничен по времени, сама же ненужные антимонии разводит. — Короче, в самое ближайшее время идешь в храм Всех Богов. Подходишь к алтарному камню Белиала — он же Эреб, Анубис, Аид, Чернобог и прочее — и обращаешься к нему с просьбой о помощи.

Тут я снова не удержался.

— Но, уважаемая Марена, насколько мне известно, без подарка к богам обращаться не принято.

— Опять ты меня перебиваешь, негодный мальчишка! — Сверкнула глазами богиня Смерти. — Впрочем, на этот раз ты прав. В качестве дара используешь амулет с шеи покойного Альмансора.

После этих слов её божественный образ начал терять материальность и вскоре я вновь остался в молельной комнате наедине с алтарным камнем.

Общение с одной из представительниц местного божественного пантеона заставило меня крепко призадуматься. А не совершил ли я фатальную ошибку, приняв родовой перстень из рук Коринфского-Квинта? Я не боюсь внутриклановых разборок и претензий соседей. Со всем этим как-нибудь да разберусь, как уже сделал это однажды с бандой вольных охотников и парочкой говнюков. Но тут неожиданно всплывают какие-то договоренности моего предшественника с одной из не самых мелких божественных сущностей. Быть игрушкой в чужих руках меня ну никак не вдохновляет.