Посвящается тем, кто верит в любовь даже во тьме. Кто верит в счастливое будущее и думает, что выбранный ими человек будет с ним до последнего. Посвящается тем, кто ещё не встретил любовь, и тем, кто ещё не обжёгся. Посвящается тем, кто думает, что её не достоин, и тем, кто не верит в любовь.
Кое-кто наверху уже знает, как для нас будет лучше.
Нам лишь остаётся понять,
принять
и сиять.
Даже тогда, когда кажется, что дышать уже невозможно.
***
«Порой самые безумные поступки приводят к самому прекрасному», - сказала бы я, если бы читала романы, обходя стороной носителя смертоносно-прекрасных серых глаз, которые видела в тумане лишь однажды.
Сердце. Сколько раз оно выходило за рамки и бросалось в самые пятки, боязливо сжимаясь от каждого шороха? Ноги подрагивали, ступая по гранитной брусчатке почти бесшумно, и я пыталась не поддаться панике, что находилась уже за ближайшим углом. Руки до боли сжимали рукоятку маленького складного ножа, но совсем не готовые для нападения. Нет. Для защиты. Но думать о том, что мне всё же придется воспользоваться этим оружием, было ужасно неприятно. Страшно.
Ветер ворвался на мою улицу резко и неожиданно, от чего капюшон серого худи слетел и мои короткие светлые волосы развеялись в разные стороны. Они были чуть ниже плеч, но из-за любви к коротким стрижкам всё могло поменяться в любой день. Натянула капюшон обратно, придерживая одной рукой, и тихо выругалась у себя в голове, что для этой ночной «увлекательной» прогулки подходил больше чёрный цвет. И почему не выругалась вслух?
Иначе было нельзя.
Они могли услышать. А после: увидеть, прийти, прикоснуться и забрать самое ценное, что было у каждого человека. Самое дорогое. То, без чего существовать было нельзя, как и жить лишь одними надеждами.
И нужно быть безумцем, чтобы покинуть дом ночью и разгуливать по пустынным улочкам «готичного» Эдинбурга. Стало быть, я среди них. Поэтому оставалось сжимать нож в кармане сильнее и прислушиваться к каждому звуку, присматриваться к каждому неосвещенному участку дороги, к каждому кустику, дереву, к каждой тени, в которой мог скрываться самый настоящий кошмар. Воображение уже начало свою знакомую игру, и я знала, что с каждым третьим шагом оно могло выйти на новый уровень и в безобидном дальнем дереве развидеть самую настоящую жуть.
Нужно было взять мысли под контроль и повторять себе как можно чаще слова о том, что всё хорошо, всё прекрасно, восхитительно, превосходно.
Всё чертовски прекрасно!
Ночь. Почти центральная улица. Я одна вместе со своим страхом. Без единого шанса на выживание, если встречу того, кого всегда опасалась даже на картинках. Но с недавних пор я научилась не только бояться, но и ненавидеть их. Маленький нож – смешон по сравнению с силой, что царила внутри у каждого монстра.