Никогда не думала, что моя жизнь будет настолько красочной.

Вспомнив о словах Лиара, я поспешила на его поиски. На подходе к детской, где спал наш годовалый сынишка Диар, в то время как четырехлетняя дочь рисовала на улице с няней, услышала приглушенный разговор.

– Это что вообще такое? Что за извращение?

– Не так держишь, переверни.

– Лучше не стало. Зачем ему эта штука?

– Это хвост…

– Скорее на пятую лапу похоже или на… гм…

– Ты только не вздумай это при Амелии сказать.

– Я похож на дурака? Она тогда до конца жизни отправит меня в немилость. Нет, ну, пятая лапа. И что это за палки спереди?

– Усы.

– Да палки, смотри…

Я вошла в комнату, где двое взрослых мужчин с серьезным видом рассматривали рисунок нашей маленькой дочери. От кого она, неизвестно, потому что похожа на меня. С сыном та же проблема. Мужья пока меня не замечали, а потому продолжали обсуждать все тонкости очередного шедевра Амелии, которая очень трепетно относилась к своим работам.

Шептались. Угадывали, кто нарисован на картине, порой не сходились во мнении и отстаивали свое предположение.

– Это ежик, – приблизилась я к избранным и скользнула ладонями по их плечам.

– Уверена? – усомнился Дрэйк. – Почему лысый?

– Оставил иголочки дома, чтобы жарко не было.

– Я же говорил, – победно улыбнулся Лиар.

– А это тогда что? – поднял вторую картину муж.

– Орел, – ответила я.

– Уверена? – снова не поверил Дрэйк. – Тянет на какого-нибудь ощипанного петуха.

– Орел нырнул за своей парой в жерло вулкана и опалил все свои перышки. Это орел-герой!

– М-угу, новый подвид, – со знанием дела закивал муж.

– Может, пойдем? Какие у вас от меня появились секреты? Я от любопытства и лопнуть могу.

– А этого мы не можем позволить, – сразу подхватил меня на руки Лиар и вынес из комнаты.

Поставил на ноги в коридоре, приобнял за талию и повел к хозяйским покоям, рассказывая на ходу:

– Помнишь, ты сетовала, что в Гиоре не хватает детских площадок?

– Не-е-ет, – не поверила я.

– Да, – закивал появившийся с другой стороны Дрэйк. – Власти города долго отказывались, потому как считали это дело бесполезной тратой средств. Ни прибыли с него, ни повышения представительности столицы. Но Лиар показал верх настойчивости.

– Как только Диар проснется, поедем на открытие, ждут только нас.

– Вы лучшие! – бросилась я обнимать мужей, потому что давно мечтала о парке-аттракционе, где Амелия смогла бы общаться с другими детьми и веселиться.

То, как проходили будни моей дочери, порой нервировало. Да, нам удавалось иногда встречаться с соседскими ребятишками, но это совсем не то, чего мне хотелось. За ними бегали няньки, воспитывали ежеминутно, с малых лет прививали манерность и спокойствие. Но ведь это дети! Им нужно резвиться, бегать, смеяться.